Происхождение и развитие языка
Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Человечество всегда интересовалось, каким образом возник на земле язык. В древние времена на этот вопрос отвечали, что язык создал бог или герой. Древние египтяне считали, что язык создал бог Птах. Древние иудеи считали, что язык создал бог Иегова. Древние же греки считали, что язык создал Прометей. В дальнейшем все чаще высказывалось мнение, что язык создал сам человек.

Люди пытались найти ответы на вопросы: каким образом создавался язык вообще и конкретные языки в частности; какой язык являлся более древним. Отвечали по-разному. Один египетский фараон даже провел эксперимент: ребенка изолировали от матери и воспитывали его вне общения, кормили его козьим молоком. Первое слово, которое произнес младенец, было: «Beh». Египетские мудрецы пришли к выводу, что это слово лидийского происхождения и означает хлеб. Отсюда был сделан вывод, что лидийский язык был самым древним. Понятно, что ребенок этим словом «Beh» просто воспроизвел блеяние овцы, и суждение древних египетских мудрецов здесь ни при чем.

Армянский лингвист Ерзенкаци считал, что древним языком был еврейский, как язык Библии. Но другой армянский лингвист Татеваци считал, что самым древним языком был армянский. Разумеется, такие суждения не имеют никакой научной ценности.

В эпоху Возрождения стали господствовать идеи о том, что язык появился в результате договора между людьми. Но, чтобы договориться, нужно было уже знать какой-то язык. Но откуда берет свой язык сам этнос? Проблема происхождения языка распалась на две проблемы:

1) Каковы условия и предпосылки возникновения языка вообще, каков механизм появления первых слов?

2) Какова история возникновения конкретных языков?

Нельзя сказать, что эти вопросы нашли разрешение в науке. Пока же можно говорить о фрагментарных положениях, осуществляющих поиск решения этих проблем.

Прежде всего, исследователям стало ясно, что необходимо было физиологическое преобразование бывших неандертальцев в современных кроманьонцев (людей Homo Sapiens). По теории Ч. Дарвина известно, что у людей и обезьян был общий предок, которого сам ученый называл питекантропом. От питекантропов возникли две ветви живых высокоразвитых существ: с одной стороны, обезьяны, а с другой, примитивные люди, или неандертальцы.

Неандертальцы появились примерно миллион лет назад в северо-восточной Африке. Это были существа высокого роста, покрытые шерстью и обладавшие прямохождением. Речевой аппарат у них не был развит, но они пользовались обрядами захоронения и приготовления пищи. По мнению отечественного палеонтолога И. Ефремова (знаменитого писателя-фантаста), древние пралюди попали под воздействие радиации, в результате чего лишились хвостов, шерстяного покрова, сократился период беременности, возникли преждевременные роды (самки обезьян носят своих детенышей 11 месяцев, а человеческие детеныши появляются на свет через 9 месяцев). Человеческие детеныши появляются на свет физиологически недоношенными, появляется возможность социального воздействия на них со стороны родителей. Так появились люди современного типа Homo Sapiens, или кроманьонцы (так они были названы по селению Кроманьон в южной Франции, где в пещере были обнаружены черепа людей). Произошло это примерно 400-200 тысяч лет тому назад. Под воздействием прямохождения и использования орудий труда изменилась гортань человекоподобного существа, возникли органы речи.

Трудовая теория возникновения человечества, над которой трудились Л. Г. Морган, Ф. Энгельс, сейчас считается наиболее авторитетной теорией формирования современного человека. Что касается теории появления первых звуков человеческой речи, то здесь существует целый ряд гипотез, претендующих лишь на частичное объяснение. Среди них – теория звукоподражания. Вне всякого сомнения, какие-то слова можно объяснить звукоподражанием, но едва ли этим можно объяснить появление языка вообще. Различие современных языков едва ли может быть объяснено свойствами звукоподражания.

Другая гипотеза – это теория непроизвольных трудовых, или моторных выкриков. Наверное, какие-то отдельные языковые факты могут быть объяснены данной теорией. Например, если спросить человека, не знающего китайский язык, какое из двух китайских слов Chung или Ching обозначает тяжелый, а какое - легкий, то мы можем получить ответ: «Chung – это тяжелый, а Ching – легкий». В самом деле, при наклоне под тяжестью груза человеку легче произнести низкий звук у, а при подъеме легкого тела вверх легче произнести высокий звук и. Но и эта теория едва ли может объяснить разнообразие языков.

Больших успехов добилась лингвистическая наука при решении вопроса о том, как образовывались языковые семьи, а от них – отдельные языки. По мнению отечественного языковеда Е. Д. Поливанова, возникновение языков осуществлялось в результате двух параллельных процессов – дивергенции, или разделения, и конвергенции, или объединения.

Вначале появился прачеловеческий – ностратический язык (гипотетический предок языков), который распался на две зоны языков – западноностратический и восточноностратический. Из западноностратических появились постепенно такие семьи языков, как: Койсанская, Нигеро-Конголезская, Нило-Сахарская, Афроазийская, Кавказская и Индоевропейская.

Из восточноностратической языковой зоны появились такие языковые семьи, как: Австралийская, Австронезийская, Австроазиатская, Дравидийская, Яо-Мяозийская, Китайско-Тибетская, Алтайская, Палеоазиатская и Америндская семьи. Начало разделения (дивергенции) человеческого праязыка началось примерно 50-40 тысяч лет назад. Предпосылкой процесса конвергенции, или объединения, является сама физиология, или генетическая природа человека. Если браки производятся внутри родственного племени, то это племя вымирает. Для сохранения производства человека необходимы разноэтнические браки. Только в результате такой конвергенции могут возникнуть этнические языковые семьи и языки.

В истории человечества конвергенция производилась как добровольно, так и насильственно. Картина конвергенции более сложна, чем картина дивергенции, поэтому мы можем указать на отдельные фрагменты этого процесса и только в самых общих чертах.

Наука и мифология говорят нам о том, что примерно 10-12 тысяч лет назад на территории нашей земли произошла большая катастрофа, в результате чего погибли два материка, на которых проживали разные группы людей. Первый материк – Атлантида, который ушел на дно Атлантического океана (термины «Атлантида», «Атлантический океан» произошли от названия среднеамериканского племени – ацтланов). Жители Атлантиды, темные по цвету волос и цвету глаз, расселились по современному средиземноморью, образовав средиземноморскую культуру. Поскольку земля долгое время была покрыта водой, средиземноморцы двигались по возвышенностям в направлении Южного Урала.

На севере, в районе нынешней Скандинавии и Северного Ледовитого океана ушел под воду материк Гиперборея, жители которого были, в основном, светловолосые и голубоглазые. Они двигались по Уральскому хребту до Южного Урала, где примерно 7-5 тысяч лет до новой эры произошло соединение двух рас (в районе древнего города Аркаим). Генетическое смешение двух рас дало индоевропейскую этническую семью, которая затем двинулась в район Алтая и Средней Азии к предгорьям Тянь-Шаня и Памира.

По мнению некоторых исследователей, тюркская группа языков произошла из смешения индоевропейцев и монголов (гипотеза Л. Н. Гумилева). Романская группа языков явилась результатом смешения латинян и кельтов. Английский этнос возник в результате смешения кавказского, латинского, кельтского и германского этносов. Греческий этнос возник в результате смешения славян и иллирийцев (гипотеза Л. Н. Гумилева). Русский этнос возник в результате первичного смешения двух славянских ветвей – северной и южной, а также иранского, угро-финского и балтийского этносов. Аналогичным образом смешивались и языки.

Смешение языков способствовало установлению их определенной типологии, а также этапов их развития. В истории развития языков проявляются некоторые тенденции, общие для всех языков, и тенденции, характерные для конкретных языков. Какие-то моменты развития для одних языков являются лишь этапами их истории, другие же языки используют их в качестве типологических признаков. Таким образом, история и типология языков взаимно перекрещиваются.

Различные уровни языка развиваются в целом самостоятельно, но вместе с тем имеет место и взаимодействие этих уровней.

Рассмотрим некоторые основные тенденции в развитии языков.

Развитие фонетических (произносительных) свойств языков, по мнению И. А. Бодуэна де Куртене, начиналось с произношения заднерезонаторных звуков (гортанных). Следующим этапом стало формирование губных звуков, поскольку заднеязычные и их иннервации (снабжение органов и тканей нервами, что обеспечивает их связь с центральной нервной системой) связаны между собой. На третьем этапе произошло освоение среднеполосных звуков (переднеязычных и среднеязычных). Первые звуки не были ни согласными, ни гласными. В лингвистике за такими звуками закрепилось название сонанты. Можно условно обозначить гортанные заднеязычные сонанты транскрипционным знаком h, губные сонанты – w, переднеязычные сонанты – е, среднеязычные – j. При этом кульминационные, или центральные части слогов стали гласными, а маргинальные, или периферийные – согласными. Таким образом, губной сонант расщепился на гласный U и согласный V; переднеязычный сонант Е расщепился на гласный E и согласный S; сренднеязычный J расщепился на согласный J и гласный I; гортанный сонант h расщепился на гласный a и согласный h.

В наиболее древнем развитии языков в произношении гласных важную роль играла высота звука (которая до сих пор занимает ведущее положение в китайском и вьетнамском языках). В дальнейшем стала доминировать долгота, которая заметно проявлялась в таких языках, как древнегреческий, латинский и современный чешский. В большинстве современных языков доминирующую роль в произношении гласных играет сила звука, именно по этому признаку различают ударные (сильные) и безударные (слабые) гласные. В глубокой древности, а во многих языках в современную эпоху ударные и безударные гласные качественно не отличались друг от друга. В современную эпоху они начинают отличаться качественно, иногда довольно сильно. Этот процесс зашел довольно далеко и в русском языке. В настоящее время ему подвергается и английский язык. Ударение в большинстве языков в древности было одноместным. Одноместным оно является и в ряде современных языков (французский, польский и тюркский языки). В большинстве языков мира в настоящее время ударение разноместное.

Формирование фонологического строя шло от процессов зарождающейся альтернации к процессам позиционных изменений, а от них к процессам непозиционных (морфологических) изменений. В некоторых языках (например, в русском) позиционные изменения и сейчас являются ведущими. Но во многих языках индоевропейской системы ведущую роль в дифференциации грамматических форм сейчас играют морфологические чередования (в английском, немецком, французском языках).

Следующим этапом стало разграничение шумных и сонорных согласных.

Как известно, современные сонорные согласные не различаются по глухости и звонкости, а шумные согласные различаются. Но в корейском языке до сих пор звонкие и глухие согласные не дифференцируются. Артикуляционно это связано с тем, что при произношении шумных глухих согласных небная занавеска полностью закрывает носовую полость. При произношении звонких шумных согласных носовая полость должна быть слегка приоткрыта. В языках, где до сих пор существуют носовые гласные (французский, польский) при произношении носовых гласных вход в носовую полость открыт, при произношении неносовых гласных вход в носовую полость закрыт. В тех же языках, где нет дифференциации на носовые и неносовые вход в носовую полость при произношении носовых гласных слегка приоткрыт. В праславянских языках, в отличие от современного русского, носовые гласные существовали.

Такое свойство, как дифференциация мягких и твердых согласных, появилось одним из последних. Однако в разных языках оно проявляется по-разному. Например, в большинстве индоевропейских и тюркских языках имеет место «полумягкость», или смягчение за счет артикуляции палатализации (сближения средней части языка и твердого неба). Но в сильной степени дифференциация по твердости и мягкости осуществляется в современном русском языке. Мягкие согласные в современном русском языке отличаются от твердых продвижением активных органов вперед, их сильной напряженностью, большей площадью смыкания или сближения, а также более резким размыканием.

Во многих европейских языках характер артикуляции смежных согласных и гласных относительно не зависимы друг от друга. Однако есть языки, в которых эта зависимость проявляется отчетливо. Например, в тюркских языках имеет место процесс словесного сингармонизма, когда в одних случаях в слове произносятся твердые согласные и гласные непалатализованные, а в других случаях – соединяются согласные смягченные и палатализованные гласные (небный сингармонизм). В некоторых тюркских языках имеет место и губной сингармонизм (турецкий, киргизский языки, частично – казахский).

В современном русском языке отчетливо проявляется слоговой сингармонизм: после твердых согласных следуют непередние гласные, после мягких согласных следуют передние гласные. В праславянском языке, вероятно, существовал словесный сингармонизм (о чем свидетельствует «третья палатализация», когда согласные менялись под воздействием предшествующих гласных), можно думать, что переход от словесного сингармонизма к слоговому, а от слогового к отсутствию сингармонизма представляет собой закономерное историческое явление, но в настоящее время отсутствие сингармонизма в европейских языках, наличие слогового сингармонизма в русском языке, наличие словесного сингармонизма в тюрских языках стало типологической особенностью этих языков. В известной мере можно сказать, что различие в произношении ударных и безударных гласных в русском языке является его типологической особенностью, а отсутствие такого различия в других языках их типологической особенностью. Но уже заметно, что в современном английском языке тоже намечается достаточно резкое различие в произношении ударных и безударных гласных.

Чем древнее язык, тем меньше в нем непозиционных чередований звуков. В большинстве современных языков непозиционные чередования занимают большое место и служат для дифференциации грамматических форм.

По характеру произношения можно выделить две типологические особенности языков:

– в одних языках доминирует узкое (имплазивное) произношение гласных, в основном, в области среднего подъема (английский, тюркский языки);

– в других языках доминирует широкое произношение гласных, охватывающее диапазон от самого верхнего до самого нижнего подъема (русский, романские языки).

По-видимому, древнерусский язык был более имплазивным (закрытым), нежели современный русский язык, так что для русского языка имплазивность и эксплазивность служат не только типологической, но и исторической категорией. Можно думать, что развитие от имплазивности к эксплазивности, от прогрессивной (от более заднего к более переднему произношению) к регрессивной (от более переднего к более заднему произношению) артикуляции служит основной исторической тенденцией для многих языков.

Менялся и грамматический строй разных языков. Заметно, что в древности во многих языках было больше морфологических форм, чем в современности, резко уменьшились падежные системы, число грамматических форм глагола, резко уменьшилась употребляемость кратких форм прилагательных. В английском языке исчезли видовые формы глагола и падежи существительных, сократилось число типов склонений и видов спряжений в русском языке, но сохранились видовые пары. В целом все большую роль стали занимать аналитические формы выражения грамматических отношений. Например, в английском языке порядок слов стал занимать такое же место, как и в китайском. Усилилась роль предлогов (например, в русском языке) и послелогов (например, в английском языке).

Во всех языках уменьшилось, а иногда и исчезло совсем количество эргативных конструкций (конструкций без подлежащего). В глубокой древности во всех языках преобладало количество так называемых паратактических конструкций. Внешне паратактические конструкции напоминают сложносочиненные предложения, но в действительности, паратаксис обозначал неразличение сочинения и подчинения, этому явлению соответствовало и отсутствие в человеческом сознании причинных отношений. Поэтому в эпоху господства паратаксиса невозможно было создание наук как фундаментальных, так и прикладных. И только примерно с 14-15 веков возникает в синтаксическом строе наличие гипотактических конструкций. Внешне они напоминают сложноподчиненные предложения, но в реальности обозначают дифференциацию сочинения и подчинения. Этому лингвистическому явлению сопутствовало возникновение причинных отношений в сознании и перспективы в живописи и восприятия пространства.

В семасиологии, по мнению некоторых исследователей (В. В. Колесов), господствовало наличие метонимии и гетеронимии. И только при переходе от древнего языка к среднему и новому его состоянию усилилось господство синонимии, антонимии и полисемии, возникла стилистическая дифференциация языковых средств. В древности из всех явлений полисемии использовалась, в основном, метонимия, в дальнейшем расширилось использование синекдохи. С развитием стилистических форм речи и художественной литературы все большую роль стала занимать метафора. Под сильным воздействием французского языка, которым увлекались русские дворяне в 18-19 веках, достойное место в русском языке стал занимать функциональный перенос. С именем А.С. Пушкина связано появление такого неординарного лингвистического явления в русской литературе, как принцип соразмерности и сообразности, в соответствии с которым один и тот же образ описывался с двух сторон разными средствами – снаружи (с точки зрения физического облика) и изнутри (с точки зрения духовного содержания).

Язык и общество

Как писал В. Гумбольдт, "язык есть обязательная предпосылка мышления и условиях полной изоляции человека. Но обычно язык развивается только в обществе, и человек понимает себя только тогда, когда на опыте убедится, что его слова понятны также и другим людям" (Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М.: 1984. С.77). "Речевая деятельность даже в самых своих простейших проявлениях есть соединение индивидуальных восприятий с общей природой человека", - писал основоположник языкознания (там же).

Язык и общество тесно связаны друг с другом. Как не может быть языка вне общества, так и общество не может существовать без языка. Их влияние друг на друга взаимное.

Отметим основные направления влияния общества на язык:

· связь происхождения языка с возникновением человеческого общества;

· социальная обусловленность развития языка;

· социальное расслоение языка;

· социальные компоненты в структуре языковых единиц;

· сознательное воздействие общества на язык и его функционирование.

Происхождение языка было вызвано общественной потребностью. Средство общения, а именно таким средством является язык, не могло возникнуть вне общения, вне общественных отношений. Главное в процессе происхождения языка - становление членораздельной речи, разграничение звуков и закрепление за ними четких смыслов.

Социальную обусловленность развития языка не следует понимать как прямое отражение в языке всех общественных событий или как наличие социальных причин у каждого факта изменения языка. Социальные факторы воздействуют на язык не прямолинейно: они могут ускорять или замедлять темп языковой эволюции, способствовать перестройке отдельных участков языковой системы.

Ярким примером влияния общества на язык является социальное расслоение языка. Правда, в социальной дифференциации языка получает отражение не только и не столько современная структура общества, сколько предшествующие его состояния (поскольку темп развития языка отстаёт от темпов развития общества).

В социальной структуре современного русского национального языка выделяются:

· литературный язык;

· территориальные диалекты;

· городское просторечие;

· профессиональные и социально-групповые жаргоны.

Социальные компоненты в структуре языковых единиц существуют потому, что язык служит средством описания и самого общества. Так, слова, обозначающие общественные явления, тем самым содержат в себе социальный компонент.

Помимо не зависящего от воли отдельных людей влияния общества на язык возможно и сознательное, целенаправленное воздействие государства (и общества в целом) на развитие и функционирование языка - языковая политика. К ней относится создание лингвистами нормативных словарей и справочников, пропаганда языковых знаний и культуры речи в средствах массовой информации.

Влияние языка на общество изучалось значительно меньше. Сам факт такого влияния нередко вызывал сомнения. Трудно, однако, представить, что основное средство мышления, оформления и распространения информации в обществе является неким незаметным инструментом, никак не влияющим на общественную жизнь.

Более того, результаты политологических и социологических исследований заставляют задуматься над тем, как формируется отношение различных общественных групп к тем или иным событиям. Анализ показывает, что это отношение во многом зависит от уровня понимания социальными группами функционирующих в обществе актуальных словесных знаков. Многие общественные проблемы решались бы эффективнее при наличии в обществе большего взаимопонимания. Это взаимопонимание не появится в результате благих пожеланий и призывов к общественному согласию, оно может появиться при сближении языкового опыта и совершенствовании языковой способности членов различных общественных групп.

Язык играет очень существенную роль в общественной жизни, является основой взаимопонимания, социального мира и развития. Он обладает организующей функцией по отношению к обществу.

Системная организация языка

Система–совокупность элементов и тех отношений, в которые эти элементы вступают. Системы: естеств. и искусств., технич., первичные и вторичные, сложные и простые. Система яз. = единицы языка + структура. Система языка – совокупность единиц яз.и тех отношений, в которые могут вступать друг с другом эти единицы. Сист. яз. – сложная система, т. к. является системой систем, состоит из уровней, которые сами являются системами.

Структура– сами отношения, в которые вступают эти элементы. То есть структура – это часть системы. Структура характерна для всех наук. (биология, химия, лингвистика)

20-30-е гг. XX в. – появление нового направления в языкознании – структурализм. Структуралисты изучают только структуру языка. Существует Пражский, Лондонский, Датский и Американский структурализм.

Условия для системы:

· В системе должно быть множество элементов. Язык –одна из самых сложных систем по количеству знаков.

· Система должна быть целостная. Целостность системы обеспечивают связи.

Таким образом, система представляет собой единицы + структуру.

Щерба придумал фразу с так называемыми «чистыми отношениями» (только структура) между единицами. В этой фразе использованы несуществующие слова для того, чтобы абстрагироваться от их значений и таким образом показать только отношения между ними. «Глокаякуздраштекокудланулабокра и курдячитбокренка»

«Структуры стабильны, они определяют систему языка.» -- Ф. де Соссюр. Также Соссюр сравнивал систему языка с шахматной доской. Она определяется не материалом, а структурой.

Чтобы дать полное описание системы языка, надо описать:

· инвентарь языка (единицы языка) – это дескриптивный подход

· связи между единицами – структурный подход

· функции, которые данная система выполняет – функциональный подход.

Существуют некоторые другие подходы к описанию системы:

· Страфикационный подход – как соотносятся разные части системы, по уровням.

· Динамический подход –каким образом происходит переход из языка в речь.

· Семиотический подход – смыкается с дескриптивным подходом.

Язык – система динамическая, открытая, никогда не бывает полностью «правильной», но всегда к этому стремится.

Системность языка выражается не только на уровне смысла (план содержания), но и на всех других уровнях (план выражения): на фонетическом, лексическом, грамматическом уровнях. Из этого можно заключить, что язык – система систем.

Термин «уровень языка» появился в 60-е годы. Его ввел французский лингвист Бенвенист.

Уровень – часть системы языка, которая объединяет однотипные (гомогенные)и одноименные данному уровню единицы. Единицы каждого уровня выполняют собственные функции в языке. Уровнеобразующим элементом является сама единица (ее наличие). Есть единица, значит, есть и уровень.

Не существует стилистического уровня, потому что нет соответствующей единицы.

Уровни бывают двух видов: основные и промежуточные (дополнительные)

Основных уровней 4:

· Фонетический

· Лексический

· Морфологический

· Синтаксический.

На каждом уровне есть своя единицы. Эта единица существует в двух разновидностях: как единица языка и как единица речи. В чем различие? Языковые единицы – это абстракция, некая модель, ее нельзя произнести. Языковая единица потенциальна, так как у нее бесчисленное множество речевых аналогов. Однако она имеет свой речевой аналог, т.е. речевую единицу – конкретная речевая практика со смыслом, в живой речи.

На фонологическом уровне единицей языка является фонема (сигнальная функция), а ее речевым вариантом является фон/аллофон/звук. Фонема выполняет смыслоразличительную функцию, она сама значения не имеет.

На морфологическом уровне единицей языка является морфема (строевая функция), а ее речевой вариант –морф/алломорф.

Лексический уровень –лексема (номинативная функция) Речевая единица – слово.

Синтаксический уровень –предложение (коммуникативная функция), речевая единица – фраза или высказывание.

Некоторые лингвисты выделяют еще 2 уровня:

· предельно низкий уровень (уровень различительных/дифференциальных признаков фонемы –меризмы (мягкость/ твердость))

· предельно высокий уровень (уровень текста. Текста не существует, как языковой единицы. Текст существует, только как речевая единица).

Промежуточные уровни:

· морфонологический уровень (морфофонема – недоморфема, у нее не хватает значения. Например, соединительные о и е)

· фразеологический (фразеологизм)

· словообразовательный (производное слово).

В чем отличие основных уровней от дополнительных? На единицы основных уровней мы можем расчленить весь текст без остатка, (принцип безостаточной делимости текста) а на единицы промеж. уровня – нет.

Отношения между единицами бывают двух видов:

· межвидовые (иерархические) – между единицами разных уровней;

· внутривидовые. Имеют две разновидности:

-- синтагматические – отношения линейные и горизонтальные. Показывают, как связаны единицы одного и того же уровня в речевой цепи;

-- парадигматические – (Соссюр – ассоциативные; термин «парадигматические» введен Л. Ельмслевым) – отношения между единицами одного уровня, которые могут встретиться в одном контексте. Иногда единицы могут встретиться в одной позиции, т. е. в одном и том же окружении. (посылаю отцу, посылаю письмо, посылаю по почте – слова «по почте», «отцу», «письмо» образуют парадигму, так как могут встреться в одном контексте). Иногда единицы образуют парадигму, потому что не могут стоять в одной позиции. (я иду – ты идешь – он идет. Иду, идешь, идет – требуют разных подлежащих и образуют парадигму) Парадигма –вертикальные отношения. Нарушение парадигматических связей может свидетельствовать о наличие психических отклонений.

Язык – система знаков. Наука, которая занимается изучением знаков, называется семиотика (греч. «семиос» – знак). Все, что нас окружает – знаковые системы. Язык жестов, язык Брайля, язык Морзе, язык гонга, музыкальные знаки, язык животных – все это языковые системы. Человеческий язык тоже является одной из систем знаков.

Языковые системы бывают:

- искусственные (напр. ноты)

- естественные знаковые системы (человеческий язык).

Человеческий язык – это особенная система знаков, имеющая свойства, которые отличают ее от всех остальных знаковых систем. Человеческий язык – первичная знаковая система. Все остальные зн. системы – вторичны. Первичность чел. языка проявляется в том, что все остальные системы либо возникли на базе человеческого языка, или же они могут быть объяснены с помощью человеческого языка. Человеческий язык возникает и развивается стихийно на протяжении тысяч лет. В человеческом языке примерно 50% избыточностей. Также в человеческом языке много неточностей. Другие языковые системы таких неточностей и избыточностей не имеют. Также человеческий язык – открытая система, в то время как другие системы закрыты: человеческий язык всегда пополняется новыми элементами, а другие знак. системы не пополняются. (всего существует 7 нот, нельзя ввести 8-ую). Человеческий язык – система, с помощью которой можно описать любое содержание, это показывает её универсальность. Язык общедоступен, он принадлежит всем. Остальные знаковые системы известны только ограниченному кругу специалистов. Языковая система обладает эмоциональностью.

Классификация языков

I. Сходства и различия между языками. Сходство материальное и типологическое

II. Генеалогическая классификация языков. Понятия «языковое родство», «сравнительно-исторический метод»

III. Типологическая классификация языков.

I. Одной из задач языкознания является систематизация существующих языков (около 2500), различающихся распространённостью и социальными функциями, особенностями фонетического строя и словарного состава, морфологическими и синтаксическими характеристиками.

Существует два подхода к классификации языков:

· группировка по общности языкового материала (корней, аффиксов, слов), а тем самым по общности происхождения – генеалогическая классификация;

· группировка по общности строя и типа, прежде всего грамматического, независимо от происхождения – типологическая классификация.

При сравнении языков можно обнаружить легко уловимые лексические и фонетические соответствия, т.е. материальные соответствия, которые предполагают определённые закономерности или регулярности соотношения между языками и народами – носителями этих языков.

Общность языкового материала (материальная близость) связана с дифференциацией диалектов некогда единого языка. Расхождения диалектов были вызваны разными причинами: изменением социально-исторических условий, миграциями, контактами с другими языками и диалектами, географическим и политическим обособлением и т.д. Племена, говорившие на разных диалектах одного, ранее общего языка, расселяясь на новых, удалённых друг от друга территориях, не могли общаться по-прежнему. Контакты ослабевали, а языковые различия нарастали. Усиление центробежных тенденций приводило с течением времени к образованию новых языков, хотя и генетически родственных. Систематизацию родственных языков отражает генеалогическая классификация.

В языках мира обнаруживаются общие черты и в строении предложений, составе основных частей речи, в формо- и словообразовательных структурах - так называемое типологическое сходство.

Это сходство обусловлено принципиальным единством человеческой природы, единством его биологической и психической организации, которое проявляется в ряде зависимостей между коммуникативно-интеллектуальными потребностями и возможностями человека и строением его языка. Если в ряде языков наблюдаемое типологическое сходство охватывает большую серию системно связанных между собой явлений, то такие языки можно рассматривать как определённый языковой тип. Систематизация языков мира по определённым типам отражается в типологических классификациях.

II. Генеалогическая классификация языков – изучение, описание и группировка языков мира на основе общего происхождения из одного языка-источника.

Генеалогическая классификация исходит из понятия родства языков. Родственными языками признаются языки, ведущие своё происхождение от одного языка-основы – праязыка и обладающие в силу этого некоторыми особенностями:

· наличием материально родственных корней и аффиксов;

· наличием закономерных звуковых соответствий.

Установление генетического тождества языков, выяснение степени их родственных отношений и связей осуществляется при помощи сравнительно-исторического метода. Сравнительно-исторический метод – это совокупность научно-исследовательских приёмов, используемых при изучении родственных языков с целью установления общих закономерностей их развития и реконструкции праязыка.

Сравнительно-исторический метод основывается на ряде требований, соблюдение которых повышает надёжность выводов.

Установление генетического тождества языков следует производить путём сравнения наиболее архаичных форм. Т.к. родственные языки претерпели изменения и разошлись друг с другом, необходимо проникновение в дописьменное их состояние.

Сравнение предположительно родственных языков начинается со сравнения словаря, причём исследуется не весь массив общих слов, а только те, которые по своему значению являются наиболее древними. Это следующие смысловые группы слов:

- формы глагола бытия 3-го лица ед. и мн. ч. настоящего времени изъявительного наклонения (ср.: санскр. ásti - sánti «есть», лат. est – sunt, гот. ist – sind, др. слав. ѥсть - сѫть);

- термины родства (например, «мать»: санскр. mā tár, лат. mater, др. исл. moder, др. слав. матэр, совр. англ. mother, нем. Mutter);

- названия некоторых растений и животных (например, «мышь»: санскр. mū h, лат. mus, др.верхненем. mus, др.слав. мышь, совр.англ. mouse, нем. Maus);

- названия частей человеческого тела, некоторых орудий труда, некоторых явлений природы (например, «зуб»: санскр. dántam - вин. пад. ед. ч., лат. dentem – вин. пад. ед. ч., совр. англ. tooth, нем. Zahn, франц. dent);

- названия местоимений, числительных до 10 (например, «два»: ведийск. d(u)vā, лат. duo, др. ирл. dau, др. слав. дъва, совр. англ. two, нем. zwei).

Эти группы слов должны быть равно представлены в сравниваемых языках, т.к. в бесписьменных языках отсутствует лексика, связанная с цивилизацией. Целью их сравнения, помимо установления характера соотношения общих слов в разных языках, является также анализ фонетической и морфологической структур слова. Родство языков проявляется как в совпадении целых слов, так и в сходстве (формальном и семантическом) минимальных значимых единиц языка – морфем.

Применение сравнительно-исторического метода способствует реконструкции праязыка. Реконструкция праязыка – комплекс приёмов и процедур воссоздания незасвидетельствованных форм и явлений путём сравнения соответствующих единиц родственных языков. Например, зная фонетические, грамматические и семантические соответствия индоевропейских языков, можно на основе лат. fumus «дым», древнегреч. thymos «дыхание, дух», древнеслав. дымъ и др. восстановить для этого слова праформу dhumos. Язык-основу полностью восстановить невозможно, но основные данные фонетики, грамматики и лексики (в наименьшей степени) реконструировать возможно.

Результаты исследований языков методом сравнительно-исторического языкознания подытоживаются в генеалогической классификации языков.

Разная степень родства языков передаётся терминами «семья», «группа», «подгруппа».

Семья – это вся совокупность языков данного родства (например, индоевропейская семья).

Группа (ветвь) – объединение внутри семьи языков, обнаруживающих большую материальную близость (например, славянская группа, германская группа и т. д.).

Подгруппа – объединение внутри группы языков, родственные связи которых достаточно прозрачны, что даёт возможность их носителям почти беспрепятственно понимать друг друга (например, восточнославянская подгруппа: русский, украинский и белорусский языки).

III. Сравнительное изучение структурных свойств языков независимо от характера генетических отношений между ними называют типологией. Предметом структурной типологии является внутренняя организация языка как системы, т.е. сходство структуры языков на одном из уровней. Различаются формальная и контенсивная типология.

Формальная типология изучает средства выражения значений языка, т.е. грамматические категории, которые обязательно выражаются в высказывании на этом языке.

Контенсивная типология ориентирована на семантические категории языка и способы их выражения, которые в отличие от грамматических могут быть выражены единицами всех уровней.

Основания для классификации в типологии могут быть различны. Традиционная типологическая (морфологическая) классификация отражает стремление выделить типы языков на основе общих принципов строения грамматических форм. Эта классификация основана на противопоставлении корней и аффиксов.

В морфологической классификации обычно устанавливаются следующие типы языков: корневые (или изолирующие), агглютинативные (или агглютинирующие), флективные, инкорпорирующие (или полисинтетические).

Изолирующие (или корневые) языки – это языки, в которых слова не изменяются, каждый корень в которых изолирован от другого, а грамматические связи между ними выражаются с помощью порядка слов и интонацией (например, китайский язык).

Все изолирующие языки делятся на корнеизолирующие и основоизолирующие, т.е. имеющие словообразовательные аффиксы.

К корнеизолирующим языкам некогда А. В. Шлегелем был применён термин аморфные (бесформенные), т. к. слова в этих языках лишены всяких форм. Данный подтип характеризуется следующими признаками:

- в таких языках нет не только словоизменительных, но и словообразовательных аффиксов;

- в данных языках отсутствуют части речи;

- каждое слово представляет чистый корень, а предложение – последовательность неизменяемых корней (например, в китайском языке ча во бу хе, где [ча] «чай», [во] «я», [бу] «нет», [хе] «пить», в переводе на русский чая я не пью);

- новые понятия, новые слова образуются путём сложения корней (например, в китайском языке шуй «вода», фу «нести», шуй+фу «водонос»);

- развита система тонов, в зависимости от которых меняется значение слова.

Основоизолирующие языки – это современные языки, в которых слова не изменяются, но в этих языках есть некоторые словообразовательные и формообразующие аффиксы (например, в малайском языке roemah «дом», be-roemah «жить, проживать»).

Агглютинативные или агглютинирующие (лат. agglutinare «приклеивать») языки – это языки, для которых характерна развитая система словообразования и словоизменения, отсутствие морфологических чередований, единая система склонения и спряжения (например, тюркские языки).

Данный тип языков отличается от других аффиксирующих техникой присоединения аффиксов и теми функциями, которые они выполняют: однозначные, стандартные аффиксы механически присоединяются к основе слова.

В агглютинативном слове границы между морфемами вполне отчётливы, корень не имеет вариантов, при этом каждый аффикс имеет только одно значение и каждое значение выражается всего одним аффиксом (например, каз. мектеп-тер-ге «школам», -тер- выражает значение множ. числа, -ге - значение дат. падежа).

В агглютинативных языках господствует позиционный способ формального выражения грамматических значений: многозначное слово строится по принципу постепенной конкретизации основы, от аффиксов с более широким значением к аффиксам более частным и с менее широким значением (например, каз. уй-лер-iмiз-де-гi-лер-ден «от тех, кто находится дома»: каждый последующий аффикс, выражая грамматическое значение, уточняет корень).

Поскольку в агглютинативных языках связь между морфемами слабая, то в них развито фонетическое средство для скрепления морфем – сингармонизм - во всех присоединяющихся аффиксах употребляется гласный того же ряда, что и в корне (например, каз. жер-лер «земли»).

Агглютинирующие языки делятся на языки с суффиксальной агглютинацией (казахский язык), языки с префиксальной агглютинацией (языки Африки), языки с суффиксально-префиксальной агглютинацией (грузинский язык).

Флективные или фузионные (лат. fusio «сплавление») языки – это языки, для которых характерна полифункциональность грамматических морфем, наличие фузии, морфологических сочетаний, разветвлённая система склонения и спряжения (например, индоевропейские языки).

В языках этого типа, как и в агглютинативных, основным способом выражения грамматических значений является аффиксация. Но наряду с внешней флексией широко используется внутренняя флексия, т.е. изменение в составе корня, выражающее грамматическое значение (например, в англ.яз. man – men «мужчина - мужчины»: чередованием в корне передаётся значение множественного числа).

Другой характерной чертой флективного строя является фузионная техника соединения морфем в слове. В фузионном слове границы между морфемами неотчётливы (например, в слове об-у-вь морфемы тесно спаянны, корень является связанным, т.е. без служебных морфем не употребляется); служебные морфемы одновременно выражают несколько грамматических значений (например, в русском слове жена флексия –а имеет три значения: женский род, именительный падеж, единственное число).

Для флективных языков характерны также омонимичность и синонимичность аффиксов (например, в русском языке –ин- может иметь значение единичности: горош-ин-а и значение большой: дом-ин-а; в словах столы, дома, дети разные флексии выражают множественное число); различное положение аффиксов по отношению к корню (корни, префиксы, суффиксы, инфиксы).

Инкорпорирующие (лат. in «в», corpus «тело», т.е. «внедрение, чего-либо в тело», incorporere «вставлять») или полисинтетические (греч. poly «много» и synthesis «соединение, сочетание») языки – это языки, для которых характерна незавершённость морфологической структуры слова, позволяющая включение в один член предложения других его членов (например, в состав глагола-сказуемого может быть включено прямое дополнение). К инкорпорирующим языкам относятся языки индейцев Северной Америки, чукотско-камчатские и др.

Слово в таких языках приобретает структуру только в составе предложения: вне предложения нет слова, предложение составляет основную единицу речи, в которую включаются слова (например, чукотское слово-предложение ты – ата- каа – нмы – ркын «я жирных оленей убиваю», основа этого слова-предложения ты нмы ркын, в которую инкорпорируются каа «олень» и его определение ата «жирный»).

Многие языки занимают промежуточное положение на данной шкале морфологической классификации. Часто для характеристики грамматического строя языка используются ещё и термины «аналитические языки» и «синтетические языки».

Аналитическими языками или языками аналитического строя называются языки, в которых грамматические значения выражаются с помощью самостоятельных слов, т.е. осуществляется расчленённая передача лексического и грамматического значений. Аналитизм языка проявляется в морфологической неизменяемости слова и наличии сложных конструкций, в которых грамматическое значение передаётся либо служебным словом, либо самостоятельным (например, русская форма буду любить – аналитическая, значение будущего времени 1-го лица ед. числа передаётся вспомогательным глаголом).

Синтетическими языками или языками синтетического строя называются такие, в которых грамматические значения выражаются по преимуществу аффиксами, т.е. грамматическое значение и лексическое передаются нерасчленённо, в одном слове с помощью аффиксов, внутренней флексии и т. д. (например, в слове ход-и-л-а при помощи аффиксов передаются значения прошедшего времени, женского рода, ед. числа).

В чистом виде аналитизм и синтетизм не представлены ни в одном языке мира, т.к. в каждом языке имеются и те и другие элементы, хотя соотношение их может быть разным (например, в русском языке наряду с преобладанием синтетизма, имеются и аналитические формы; английский язык является флективным языком аналитического типа, но в нём наблюдаются и синтетические формы).

Помимо морфологической типологической классификации существуют классификации, построенные на основе других структурных критериев: синтаксических, фонематических и т. д. Так, известна фонологическая классификация славянских языков. Выявляются типологические закономерности и в синтаксисе.

Лексическое значение слова

Слова в русском языке служат для обозначения предметов, признаков предметов, количества предметов, действий, признаков действий. То, что слово обозначает, является его лексическим значением. Слова в русском языке, в зависимости от лексического значения, можно разделить на группы:

· однозначные и многозначные слова;

· слова с прямым и переносным значением;

· омонимы;

· синонимы;

· антонимы;

· паронимы;

· общеупотребительные и необщеупотребительные слова.

Слова в русском языке помимо лексического значения имеют грамматическое значение. Рассмотрим подробнее каждую группу и дадим определение с точки зрения лексического значения.

Однозначные и многозначные слова

Одно и то же слово русского языка может называть разные предметы, признаки, действия. В таком случае слово имеет несколько лексических значений и называется многозначным. Слово, которое обозначает один предмет, признак, действие и, соответственно, имеет только одно лексическое значение, называется однозначным. Многозначные слова встречаются во всех самостоятельных частях речи, кроме числительных. Примеры многозначных слов: сковать цепь и сковать льдом пруд, лист дерева и лист бумаги, серебряный поднос и серебряный век.

Прямое и переносное значения слов

Слова в русском языке могут иметь прямое и переносное значения. Прямое значение слова служит для обозначения конкретного предмета, признака, действия или количества предмета. Переносное значение слова в дополнение к уже имеющемуся основному значению (прямому) обозначает новый предмет, признак, действие. Например: золотые слитки (прямое значение) и золотые руки/слова/волосы (переносное значение). Переносное значение иногда называют косвенным, оно является одним из значений многозначного слова. В русском языке есть слова, переносное значение которых стало основным. Например: нос человека (прямое значение) и нос лодки (переносное → прямое значение).

Омонимы

Слова русского языка одной и той же части речи, одинаковые по звучанию и написанию, но разные по лексическому значению, называются омонимами. Примеры омонимов: кран (подъёмный и водопроводный), среда (место обитания и день недели), бор (сосновый лес и химический элемент).

Синонимы

Слова русского языка одной части речи, обозначающие одно и то же, но имеющие разные оттенки лексического значения и употребления в речи, называются синонимами. У многозначного слова синонимы могут относиться к разным лексическим значениям. Примеры слов, являющихся синонимами: большой и крупный (прилагательные), строить и сооружать (глаголы), земля и территория (существительные), смело и храбро (наречия).

Антонимы

Слова русского языка одной и той же части речи с противоположным лексическим значением называются антонимами. У многозначных слов антонимы могут относиться к разным лексическим значениям. Примеры слов, являющихся антонимами: война — мир (существительные), белый — чёрный (прилагательные), высоко — низко (наречия), бежать — стоять (глаголы).

Паронимы

Слова русского языка, близкие по написанию и звучанию, но имеющее разное смысловое значение, называются паронимами. Паронимы имеют морфологические деление, лексико-семантическое деление. Примеры слов, являющихся паронимами: одеть — надеть (глаголы), невежа — невежда (существительные), экономический — экономичный (прилагательные).

 

Группа слов Написание и звучание слов Лексическое значение слов Примеры
Синонимы разное одинаковое или схожее маленький — крошечный, мелкий, хрокотный
Антонимы разное противоположное маленький — большой
Паронимы схожее различное* абстрактность — абстракция
Омонимы одинаковое различное эфир (химические вещество) — эфир (трансляция)

 

* Лексическое значение слов из паронимического ряда различное. Оно может быть схожим, противоположным и просто различным (ни схожим, ни противоположным).

Общеупотребительные и необщеупотребительные слова

Слова, известные всем людям и употребляемые всеми, называются общеупотребительными. Лексические значения общеупотребительных слов понятны любому человеку. Слова, известные ограниченному кругу людей, называются необщеупотребительными. К ним можно отнести диалектные слова, профессиональные, сленговые. Выделяют следующие группы общеупотребительных и необщеупотребительных слов:

· устаревшие слова (историзмы и архаизмы);

· заимствованные слова (иностранные);

· новые слова (неологизмы);

· профессиональные слова (профессионализмы);

· диалектные слова (диалекты, диалектизмы);

· слова-паразиты;

· сленговые слова:

o молодёжный жаргон;

o професиональный жаргон;

o воровской жаргон (арго).

Язык и мышление

Вопрос о соотношении слова и мысли волнует людей очень давно.

Мышление – это духовная деятельность человека, которая состоит в отражении объективной действительности, а также процесс этого отражения и результат этого отражения. Это отражение активно. Человек классифицирует опыт, структурирует его и как бы моделирует реальность – сначала с опорой на ощущения. Способ моделирования действительности определяется жизнью человека, его нуждами.

Базовая активность мышления – классификация и обобщение (язык в ней участвует). Дерево – дерево вообще (как понятие).

На взаимоотношения языка и мышления существуют две крайние точки зрения:

Язык и мышление независимы. Язык – внешняя оболочка мысли. Человек формулирует мысль без участия языка, только передает ее с помощью языка. Аргументы: глухонемые от рождения люди или дети с задержкой в развитии не говорят, но в мире ориентируются; при тотальной афазии мыслительные функции сохраняются; животные лишены языка, но не мышления и пр.

Язык и мышление взаимозависимы (Гумбольдт, Сепир, Уорф). Мышление человека определяется языком, на котором он говорит. Люди думают и действуют так, как они говорят.

Обе эти гипотезы – крайности. Ни отождествлять язык и мышление, ни полностью отрывать их друг от друга нельзя.

Существуют биологические способы получения и обработки информации: зрение, слух, обоняние, осязание, вкус. Они существуют и у животных. Человек разработал еще один способ адаптации – социальный. Это язык – способ передачи полученной информации, другому человеку. Человек ее заново кодифицирует, классифицирует, делает доступной для передачи.

Мышление шире того, что человек обрабатывает языком. Мышление включает и осознанные, и неосознанные процессы – язык только осознанные; оно направлено на разные формы действия – язык только на социальную (коммуникативную).

Проблема соотношения языка и мышления в современной науке рассматривается в свете концепции универсального предметного кода как нейрофизиологического субстрата мышления. Эта концепция была разработана Н. И. Жинкиным, опиравшимся на некоторые фундаментальные идеи, высказанные Л. С. Выготским. Дальнейшую разработку этой идеи находим в работах И. Н. Горелова.

«Единицы мысли и единицы речи не совпадают», - писал Л.С.Выготский. «Процесс порождения высказывания он сравнивал с нависшим облаком, которое проливается дождем слов. Иначе говоря, исследователь обозначил существование двух качественно отличных языков, которые взаимодействуют в сознании человека: языка мысли и языка словесного» (Горелов, Седов 1998, с. 62- 63).

Согласно концепции Н. И. Жинкина, базовым компонентом мышления является особый «язык интеллекта» (его-то и назвал исследователь универсальным предметным кодом).

Применив методику речевых помех, Н. И. Жинкин показал, что мышление не связано с речедвигательным кодом и осуществляется в особом несловесном предметно-образном коде, который получил название «универсальный предметный код» (сокращенно – УПК). Единицами универсального предметного кода являются наглядные образы, формирующиеся в сознании человека в процессе восприятия им окружающей действительности. Код этот имеет принципиально невербальную природу и представляет собой систему знаков, представляющих собой результат чувственного отражения действительности в сознании. Это «язык» схем, образов, осязательных и обонятельных отпечатков реальности, кинетических (двигательных) импульсов и т. п. При помощи этих образов и осуществляется мышление человека.

Н. И. Жинкин характеризует этот код как непроизносимый, в котором отсутствуют материальные признаки слов натурального языка, и где обозначаемое является вместе с тем и знаком.

В посмертно вышедшей книге «Речь как проводник информации» Н. И. Жинкин отмечал: «Интеллект, для которого предназначается сообщение, не понимает естественного языка. У него есть собственный информационный язык. На этом языке он строит гипотезы, доказательства, делает выводы, выносит решения и т.д.»; интеллект «вырабатывает понятия, суждения, делает умозаключения и выводы с тем, чтобы отразить действительность и указать мотивы человеческой деятельности. Все эти операции не зависят от того, на каком языке говорит человек».

На универсальном предметном коде происходит формирование замысла речи, первичная запись личностного смысла, который стремится выразить говорящий. Движение от мысли к слову происходит на первых этапах развертывания этого процесса с использованием невербального кода, который в ходе порождения речи перекодируется в языковую форму. Порождение речи, таким образом, это переход с кода чувственных образов на обычный вербальный язык. В процессе восприятия и понимания языка мы, наоборот, переводим языковые единицы на универсальный предметный код.

Единицы универсального предметного кода - это нейрофизиологические единицы, кодирующие в биоэлектрической форме все знания и хранящие их в таком виде в долговременной памяти человека. Это образы, схемы, картины, чувственные представления, эмоциональные состояния, которые объединяют и дифференцируют элементы знаний человека в его сознании, памяти по различным основаниям. Универсальный предметный код является нейрофизиологическим субстратом мышления, который существует и функционирует независимо от национального языка и обеспечивает как непосредственно сам процесс мышления, так и начальный этап порождения речи (речевое высказывание начинается с личного смысла, выраженного универсальным предметным кодом), а также завершающий этап понимания речи (понимание речевого высказывания завершается «переводом» на универсальный предметный код, получением личностного смысла).

Таким образом, концепты кодируются в сознании единицами УПК, комбинирование единиц УПК с закрепленными ими концептами и представляет собой процесс мышления, а слова, язык используются лишь для того, чтобы передать результаты мышления другим, для сообщения результатов мышления, но не для осуществления самого процесса мышления.

Знаковая теория языка

Среди ученых нет единого понимания знака в языке, и многие это понятие объясняют по-разному.

Понятие знака восходит к стоикам и изначально определялось как двусторонняя сущность, образованная отношением означающего — звуковой речи и означаемого — значения, что соответствует «воспринимаемому» и «понимаемому». Такое определение знака прошло через всю ср. век. философию. В новое время В. Гумбольдт предложил теорию о знаках человеческого языка. Механизм соединения значения и формы «коренится во внутреннем языковом сознании и в звуке», к-рые взаимодействуют между собой (Гумбольдт В., Избранные труды по языкознанию, М., 1984, с. 127).

Общие принципы знаковых теорий были сформированы одновременно разными науками — философией, логикой, математикой, психологией, лингвистикой. Это позволяет разграничить знаковые теории по четырем науч. сферам: логико-математической, философской, лингвистической и психологической, хотя граница между ними относительна.

Знаковые теории языка - совокупность теоретических положений (идей, гипотез) о строении языка, рассматриваемого как система знаков, и об отношении его к внеязыковой действительности. Выделяют следующие линии в теории языка:

1. Логико-математическая линия. Ч. С. Пирс разработал особый вариант матем. логики - «умозрительная или чистая грамматика». По характеру соотношения двух сторон знака Пирс выделил 3 типа знаков: а) иконич. знаки, формируемые на основе подобия означающего и означаемого (по виду, структуре, форме: фото портрет, схема…); 6) знаки-индексы, связаны по смежности означаемого и означающего (флюгер, термометр, жесты, указатели, указательные слова …); в) знаки-символы, связь означающего и означаемого по условному соглашению. Связь двух сторон знака-символа не зависит от их сходства; такой знак обретает статус условного установления и всеобщего правила. (искусственные и естественные языки).

2. Философская знаковая теория языка в сов. языкознании - диалектич. материализм. Языковые знаки и язык в целом являются средством мыслительной деятельности и общения людей, представления, понятия и суждения людей - отображение объективной действительности. Теоретич. разработка проблем знаковости естеств. языка представлена трудами А. Ф. Лосева, Ю. С. Степанова.

3. Лингвистическая. Первым лингвистом, применившим понятие знака к конкретному описанию языка, был Ф. де Соссюр (Женевская школа). Рассматривал язык как «систему знаков, в которой единственно существенным является соединение смысла и акустического образа», предложил понятия «знак», «значение», «значимость» и др., применимые только к системе слов.

Другой подход к определению сущности языка и языкового знака представляла пражская лингвистическая школа. Языковой знак - социальная сущность, служащая посредником между членами одного коллектива и понимаемая только на базе всей системы. Выделяют два постоянных фактора, определяющих языковой знак, — говорящий и слушающий.

В противоположность знаковой теории Соссюра Э. Бенвенист предложил единую концепцию членения языка. единицы первичного означивания (слова); единицы вторичного означивания (предложения, высказывания).

4. Бихевиористская линия. Ч. У. Моррис интерпретирует язык как «целенаправленное поведение» (goal-seeking behavior), а знак - сумма условий, достаточных для его формирования. Моррис разграничил знаки на: а) характеризующие (designators), б) оценочные (арргаisors), в) предписывающие (prescirptors), г) идентифицирующие (identifiors) и д) знаки-форматоры (formators). Однако в этой теории все факторы знаковой ситуации и знакового значения (определяемые в терминах «стимул», «реакция»), ставятся в зависимость только от субъекта, от его эмпирич. опыта и данных его чувственного восприятия.

Психофизиологическая основа членораздельной речи была обоснована русскими учеными И. М. Сеченовым и И. П. Павловым. Сеченов разработал материалистич. концепцию о рефлексах головного мозга. Продолжателем идей Сеченова был Павлов, создавший учение о двух сигнальных системах: сигналы первой (сенсорные), взаимодействуют с сигналами второй (речевыми) и создают условия возникновения мышления. Вторая сигнальная система - знаковая репрезентации материального мира при помощи языковых знаков, что позволило человеку оперировать не самими предметами, а знаками, их замещающими.

Другим последователем Сеченова был психолог Л. С. Выготский, разработавший культурно-ист, теорию развития психики человека. Идеи Выготского, понимание языка как целенаправленной знаковой деятельности разрабатывались его последователями А. Н. Леонтьевым, А. Р. Лурией и др.

Дата: 2018-09-13, просмотров: 568.