Египет в IV—III тысячелетиях до Р.Х.

Магические представления обладают колоссаль­ной силой. И если учесть ту власть, какую имел магизм над душами людей, то поразительная ус­тойчивость первобытного мира становится не та­кой уж загадочной.

Вероятно, в этот долгий период человек чув­ствовал себя ближе к природному миру, чем в последующие века. Но, имитируя в своих обря­дах жизнь природы и тем самым как бы уча­ствуя в ее процессах, он предстоял природному миру не как человек, а, скорее, как часть этого мира.

Но вот около шести тысяч лет назад соверша­ется почти внезапный перелом. Дремлющие силы духа сделали первую попытку освободиться.

С внешней стороны этому перелому, вероятно, содействовали массовые переселения племен. Переселенцы, которые были чаще всего и завое­вателями, покидая обжитые земли, оказывались в новых природных условиях, сталкиваясь с неве­домыми народами и верованиями. А это всегда вносит свежую струю в сознание людей. То, что испокон веков они считали незыблемым и проч­ным, оказывалось в новой обстановке призрач­ным и преходящим.

Именно в результате племенных миграций, скорее всего, и родились первые великие цивили­зации. Во мгле доисторической ночи вспыхивают три светоча: культурные центры, возникшие на берегах Нила, Евфрата и Инда.

Мы можем составить себе довольно ясное представление о жизни в Египте, Двуречье, Ин­дии, местах древнейших оседлых цивилизаций, лишь с III тысячелетия до Р.Х.

 

Рис.19

Воин-орел. Сосуд. Центральная Америка. Чипаль. X-XVI вв.

 

Рис.20

Большой Сфинкс фараона Хафра в Гизе.

Первая половина III тысячелетия до Р.Х.

Здесь впервые родился город — скопление жилищ, как бы в страхе жмущихся друг к другу, обычно обнесенных стеной. Город — двуликое и трагическое детище двойственной истории чело­вечества — стоит у ее истоков. «Городская рево­люция» есть рубеж исторического и доистори­ческого миров.

Если в пещере, шалаше, палатке из шкур че­ловек еще жил среди окружающей его природы, то за стенами города он впервые создал свой собственный мир. Город помог человеку познать самого себя. Он способствовал высвобождению Личности. Он — проклятие истории, и он же ее благословение. Стены оторвали человека от мира, но дали ему возможность по-новому взглянуть на этот мир. В городе человек был подавлен моно­тонностью созданного им самим муравейника, но в городе же раскрылось внутреннее богатство его духа. Сократ и апостол Павел, Шекспир и Дос­тоевский — дети города.

 

Рис.21

Крылатые сфинксы. Панно из дворца в Сузах. VI в. до Р.Х.

 

Однако «городская революция» не привела еще к «революции духа». Во времена основания городов и великих переселений в традиционных представлениях многое, вероятно, было нарушено. Но когда жизнь в городах вошла в устойчивое русло, старые тенденции снова взяли верх. Это особенно наглядно можно проследить на приме­ре древнего Египта.

Египет — рубеж между Африкой с ее фети­шами и колдунами и Средиземноморьем, очагом великих духовных движений. И население Егип­та также сложилось из обитателей двух конти­нентов. Осваивая долину Нила, египтяне затра­тили огромные усилия на то, чтобы приспособить эти заболоченные, нездоровые места для обита­ния. Поразительна неисчерпаемая энергия егип­тян и их соседей шумеров в борьбе с природой. Они побеждали ее там, где иной раз даже чело­век наших дней опускает руки.

Одного не смогли победить египтяне: насле­дия первобытных понятий и верований.

Египтянин, окруженный миром таинственных существ, которые смотрели на него глазами ко­шек, сов, баранов, крокодилов, искал способы покорить эти существа, использовать сокровенные силы в своих целях. Люди, полностью овладев­шие всеми тонкостями чародейства, приобретали над народом огромную власть.

Духовные руководители Египта — жрецы — не только не смогли освободить его религию от многобожия и магии, но освятили незыблемый социальный строй как сакральное установление. Власть в Египте всегда признавалась божествен­ной, так как считалось, что она вела свое проис­хождение от сверхчеловеческих существ.

Полагают, что великий сфинкс в Гизе есть символическое изображение сына Солнца — божественного царя. Если это так, то это один из наиболее выразительных символов кесарского самодержавия. Люди сами приняли эту божествен­ную власть. Пусть династии порой свергались, но неприкосновенным оставалось верование в то, что человек, стоящий на вершине социальной пира­миды, обладает ключом от счастья своих поддан­ных. Не только власть фараона была как бы ча­стью космического устроения, но и весь социальный уклад Египта как бы получил высшую санкцию. Сословная иерархия становится незыблемой. На протяжении трех тысяч лет сохраняется консер­вативный уклад в политической, социальной и ре­лигиозной жизни.

Египетская религия сохранилась навсегда как странное смешение возвышенных прозрений и самого примитивного язычества. Все попытки преодолеть язычество в Египте потерпели пора­жение. А на северо-востоке, между Тигром и Евфратом (в Месопотамии), зародилась другая великая цивилизация.

Земля Сеннаарская

Государства Двуречья

Дата: 2019-07-24, просмотров: 3.