Проведение политики сплошной коллективизации.
Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Коллективные формы в сельском хозяйстве были нужны руководству правящего режима для исключительно узкокорыстных целей: беспрепятственного изъятия максимально большего количества продукции с последующим превращением его в одну из статей экспорта. А экспорт сельскохозяйственной продукции являлся одним из главных средств финансирования бурно развивавшихся основ военной промышленности,

В мае 1928г. Сталин конкретизировал цели в области сельского хозяйства: "...усиление колхозного движения является одним из серьезнейших средств, для поднятия товарности хлебного производства в стране. Задача состоит в том, ...чтобы установить такой режим, когда колхозы сдавали государству и кооперативам, организациям весь свой товарный хлеб под угрозой лишения субсидий и кредитов со стороны государства"1.

С июля 1928 г. произошла корректировка государственной политики в сельском хозяйстве. Государство увеличило объемы кредитования, улучшило снабжение сельхозмашинами и ввело налоговые льготы для коллективных хозяйств, с целью усиления притока в сельскохозяйственные артели крестьян.

Еще с 1927 г. стало функционировать Башкирское колхозное бюро при Наркомате земледелия БАССР, которое руководило строительством новых структур на селе. Численный рост сельхозартелей способствовал преобразованию этого бюро с января 1929 г. в Башкирский областной союз сельско­хозяйственных коллективов (Башколхозсоюз). На местах курс на объединение крестьянских хозяйств осуществляли кантонные колхозсоюзы.

Все вышеперечисленные мероприятия дали определенные результаты. Это выразилось в увеличении количества сельхозартелей с 268 (в октябре 1928 г.) до 415 (октябрь 1929 г.). Общая численность производственных крестьянских объединений всех типов (коммуна, артель) по БАССР к октябрю 1929 г. достигла 1789, где числилось 42,8 тыс. крестьянских дворов (8,5% всех крестьянских дворов БАССР)[14]. Но этого было недостаточно для правящего режима.

Отражением борьбы мнений среди партийно-государственного руководства о путях развития сельского хозяйства как на всероссийском, так и республиканском уровне являются решения правительственных и партийных органов власти за 1929 г. Так, СНК РСФСР в феврале 1929 г. одобрил пятилетний план экономического и общественно-культурного развития БАССР. Согласно этому проекту, предполагалось развивать многоотраслевое сельское хозяйство, где ведущую роль в организации производства должны были играть тозы. Аналогичные решения в марте 1929 г. были приняты на VII Всебашкирском съезде Советов. Однако жизнь очень быстро вносила принципиальные изменения.

В апреле 1929 г. состоялась XVI конференция ВКП (б), где обсуждался путь дальнейшего развития страны. Резолюции конференции отражали победу самой радикальной группировки партийных руководителей во главе со Сталиным. Здесь было отмечено, что отказ от перевода сельского хозяйства на базу обобществленного крупного производства означает фактически предательство идей социализма.

Следует признать, что партийная конференция еще допускала возможность развития кооперации в различных формах. Немалые надежды возлагались на контрактацию. Однако в роли самого важного рычага подъема товарности сельского хозяйства выступало распространение современ­ной агротехники, т.е. использование химических удобрений и механизации сельского хозяйства, в том числе использование тракторных колонн из совхозов для обработки участков тех крестьян, которые объединили свои наделы.

Решения XVI конференции ВКП(б) оказали сильное воздействие на республиканские партийно-государственные структуры. Практическая деятельность по вовлечению крестьянства в коллективные хозяйства началась с организации зерновых совхозов. Так, весной 1929 г. стали функционировать первые специализированные зерносовхозы: в Зилаирском кантоне -" 10 лет Башкирии", в Аргаяшском кантоне - совхоз с одноименным названием, в Тамьян-Катайском кантоне - "Красная Башкирия", Они должны были стать образцовыми хозяйствами и этим привлечь крестьянские массы к обобществлению своих земельных наделов и скота, орудий труда. Выбор именно этих кантонов был не случаен. Здесь, в южной и восточной части БАССР, находились наиболее плодородные в земледельческом плане угодья. Кроме того, в этих кантонах компактно проживало башкирское население, завершавшее переход к земледелию. Поэтому успех в этих кантонах должен был иметь больше пропагандистское воздействие на все остальное население БАССР. Кроме выполнения собственных производственных планов, эти совхозы должны были оказывать техническую и агрокультурную помощь возникавшим коллективным крестьянским хозяйствам (ремонт орудий труда, вспашка, боронование и посев зерновых, предоставление высококачественных зерновых семян).

Появление зерносовхозов на протяжении 1929 г. сопровождалось увеличением удельного веса зерновых товариществ в целом по республике. Так, в октябре 1929 г. последние объединяли около 50 тыс. крестьянских дворов (10% сельского населения БАССР).1 Зерновые товарищества объединяли усилия крестьян при сбыте сельскохозяйственной продукции, приобретении машин, инвентаря и скота. В последующие годы многие зерновые товарищества были преобразованы в артели.

В 1929 г. в БАССР стали возникать мало оправдывавшие себя в хозяйственном отношении крупные крестьянские ассоциации. Так, в Месягутовском кантоне функционировало кустовое объединение "Большевик", включавшее 389 бедняцких и середняцких дворов. Государство предоставило этому кустовому объединению льготные кредиты, на которые были приобретено 2 трактора, 20 плугов, 16 борон и т.д. Все это обеспечило к концу сезона 1928-29 гг. неплохой урожай, оказало воздействие на крестьян близлежащих селений, В свою очередь данное временное достижение было использовано партийными органами в пропаганде за обобществленное сельское хозяйство.[15]

В 1929 г. усилилась помощь селу со стороны коллективов городских предприятий. В деревню были направлены 33 бригады по ремонту сельскохозяйственных машин и орудий, которые работали во всех 8 кантонах БАССР[16]. Кроме производственной помощи бедняцким и середняцким хозяйствам, рабочие активно агитировали крестьян за создание колхозов.

Все вышеперечисленные мероприятия способствовали объединению прежде всего наиболее слабых в экономическом плане крестьянских хозяйств, которые охватывали относительно небольшое количество сельского населения. Первоначально весной 1929 г. наблюдался медленный рост темпов коллективизации, но с началом в середине лета массированной хлебозаготовительной кампании ситуация на селе обострилась. Это объяснялось тем, что в деревнях стали действовать партийные уполномоченные, кото­рые были обязаны изъять у крестьян максимальный объем сельхозпродукции (зерно, продукты животноводства) и содействовать усилению темпов коллективизации. Государство сознательно провоцировало раскол среди сельского населения путем привлечения к хлебозаготовительной кампании бедноты и батраков. Им была гарантирована выдача части обнаруженной сельхозпродукции, отобранной у зажиточных крестьян. На протяжении 1929 г. по БАССР активно участвовало в хлебозаготовительной деятельности 1355 групп бедноты. Ими использовались различные методы против зажиточных крестьян, которых не допускали к сотрудничеству с кооперативными учреждениями, иногда лишали права на пользование земельными наделами. Обострение противостояния между коммунистическим режимом и большинством крестьян окрашивалось в зловещие тона: убийства и другие насильственные акции против колхозных активистов увеличились в течение лета 1929г.

Следуя указаниям сверху, бюро Башкирского обкома ВКП (б) 15 августа 1929 г. выдвинуло задачу ускорения сплошной коллективизации сельского хозяйства республики. Это означало переход к строительству крупных колхозов, а также преобразование простейших крестьянских объединений - тозов в более сложные сельхозартели. Местные парторганизации усилили контроль над колхозным движением. При развертывании массовой коллективизации они должны были опираться прежде всего на бедняков.

Столь пристальное внимание партийных органов к сельским вопросам было обусловлено тем, что несмотря на жесткие карательные меры государства против крестьян, хлебозаготовительные планы по БАССР не выполнялись. Так, в 1927/28 гг. было заготовлено 11 млн. пудов зерна вместо 18 млн. пудов по плану, а в мае 1928/29 гг. - 21,5 млн. пудов зерна вместо 30 млн. пудов по плану. Притом большая часть зерновой продукции - свыше 95% - была получена от индивидуальных крестьянских хозяйств. В ходе коллективизации посевные площади колхозов различных типов увеличились с 17 тыс. га в 1927-28 гг. до 77 тыс. га в 1928-29 гг. Посевы совхозов всех типов выросли за это же время с 18 до 21 тыс. га[17]. Однако подавляющее большинство посевных площадей по-прежнему сохранялось за индивидуальными крестьянскими хозяйствами, которым принадлежало в конце 20-х гг. свыше 2,5 млн. га земельных угодий. Общей проблемой, как для колхозов, совхозов, так и для единоличных крестьянских дворов про­должала оставаться низкая урожайность зерновых культур: ржи, ячменя и др. Так за 1928-29 гг. в бедняцких хозяйствах средняя урожайность с 1 га составила 5.5 центнера, в середняцких хозяйствах -5.7 центнера, в зажиточных хозяйствах -6 центнеров. Немного более производительными были средние колхозные урожаи: с 1 га - около 6,8 центнера[18]. Исходя из этой ситуации, партийно-государственное руководство надеялось поднять продуктивность сельского хозяйства командно-административным путем создания колхозов, ибо эти объединения полностью контролировались правящим режимом. Сотни тысяч отдельных крестьянских хозяйств плохо поддавались контролю.

В сентябре 1929 г. Месягутовский кантком ВКП(б) выступил с инициативой об объявлении Верхне-Кигинской волости полностью охваченной сплошной коллективизацией. На территории волости функционировали два кустовых (групповых) объединения колхозов - «Большевик» (с. .Лагерево) и «Еланлино» (с.Еланлино), которые стали первой базой массовой коллективизации крестьянства[19]. Подобные инициативы в немалой степени подстегивались указаниями со стороны высшего партийного руководства.

7 ноября 1929 г. центральный печатный орган правящей партии "Правда" опубликовал статью генерального секретаря ЦК ВКП (б) И.В.Сталина «Год великого перелома». Содержание статьи сводилось к тому, что колхозным движением теперь охвачены не только беднота, но и середняки, т.е. основная масса крестьянства. А это, по мнению автора, символизировало решающую победу в социалистическом преобразовании села. Данная публикация была воспринята партийной номенклатурой как призыв к массированной сплошной коллективизации. Эта тенденция четко отразилась в резолюциях ноябрьского /1929г./ Пленума ЦК ВКП (б) согласно которым сельские коммунисты и присланные им в помощь городские уполномоченные должны были стать главными организаторами колхозного движения. В свою очередь, решения, принятые высшими партийными органами власти, послужили сигналом для форсированных темпов насильственного объединения крестьянства и на территории БАССР. В декабре 1929 г. пленум Башкирского обкома ВКП (б) распорядился о проведении в 1930 г. сплошной коллективизации в Аргаяшском /5 волостей/, Бирском /25 волостей/, Месягутовском /11 волостей/ кантонах, а также в 35 волостях остальных кантонов. Полностью завершить коллективизацию во всех 110 волостях БАССР предполагалось в 1931 г. Здесь следует отметить, что решения республиканских органов власти о сплошной коллективизации носили явно левацкий характер.

8 декабря 1929 г. Комиссия Политбюро ЦК ВКП (б) по вопросам коллективизации определила, что объединение крестьянских хозяйств БАССР должно завершиться к весне 1932 г,

Главной организационной формой должна была стать сельхозартель, где обобществлялись основные средства производства (земля, инвентарь, рабочий скот) при одновременном сохранении в частной собственности крестьян мелкого инвентаря, мелкого скота, молочных коров.

Сплошная коллективизация развернулась форсированными темпами в восточных кантонах БАССР (Аргаяшский, Зилаирский, Месягуговский, Тамьян-Катайский), где преобладало башкирское население. Так, за декабрь 1929 - январь 1930 гг. в некоторых волостях этих кантонов уровень коллективизации составил 60% крестьянских хозяйств. Одной из причин этого явления было то, что обобществление сельхозпроизводства здесь в определенной мере совпало с повышением роли земледелия в хозяйственной жизни башкир, которые раньше предпочтение отдавали скотоводству. Возникновение коллективных хозяйств обеспечивало относительно благоприятные условия для расширения посевных площадей, повышения культуры земледелия. Следует указать на историческую традицию общинного владения землей у башкир (угодья находились в совместном владении жителей волости или аула), что также облегчало проведение коллективизации, функционировавшие в указанных кантонах зерносовхозы также оказывали воздействие на относительно быстрое обобществление крестьянских хозяйств.

Для ускорения реализации намеченных преобразований села партийно-государственные органы в начале 1930 г. приняли ряд решений. 5 января 1930 г. ЦК ВКП (б) опубликовал постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». Главным принципом при организации колхозов должна была быть добровольность вступления в них сельского населения. Однако партийный документ призывал к развертыванию соревнования по обобществлению крестьянских хозяйств, что явно противоречило принципам добровольности. Сельхозартель объявлялась главной формой колхозного строительства, но лишь как переходная к коммуне. Таким образом, коммуна фактически была провозглашена конечной целью в процессе реформирования села. Важным моментом этого постановления стало решение о проведении политики ликвидации так называемого кулачества, т.е. зажиточных крестьян.

В свою очередь, республиканские власти вновь официально заявили о возможности быстро завершить коллективизацию. В резолюциях сессии ЦИК БАССР 8 января 1930 г. подчеркивалась актуальность окончания коллективизации к весне 1931 г. Ведущими организаторами этого процесса должны были стать уполномоченные. Так, за первую половину 1930 г, было направлено из городов 1500 партийных функционеров. Кроме того, еще ноябрьский /1929 г./ Пленум ЦК ВКП (б) принял решение о направлении в помощь колхозному движению 25000 передовых рабочих. В БАССР было направлено 512 рабочих из крупных промышленных предприятий Урала[20]. Так называемые двадцатипятитысячники стали главной опорой режима в реформировании села, т.к. они обычно выполняли обязанности председателей колхозов, волостных и сельских исполкомов, членов правлений колхозов, инструкторов по коллективизации.

На основе вышеизложенного можно сделать вывод о том, что социально- политический смысл спешно и насильственно проведенной коллективизации стоял в стремлении партийно- государственной бюрократии уничтожить экономическую самостоятельность крестьянства и полностью подчинить государству под видом решения зерновой проблемы. Лозунг «Земля тем- кто ее обрабатывает» лишился своего первоначального содержания, земля перешла в руки государства, в лице бюрократического аппарата.

Репрессии против крестьян.

 

Гражданский мир, установившийся с переходом к новой экономической политике, продолжался недолго. Как уже говорилось выше, для выхода из хлебозаготовительного кризиса, который разразился в конце 1927 года, по инициативе высшего партийного руководства страны были применены чрезвычайные меры против крестьянства. Первоначально репрессии коснулись лишь богатых крестьян. Однако очень быстро они охватили все крестьянство, независимо от его социального и имущественного положения. Как уже указывалось, к владельцам хлеба, отказывающимся продавать его государству по низким ценам, применялась 107-я статья Уголовного кодекса РСФСР, предусматривавшая лишение полной свободы по суду до трех лет с полной или частичной конфискацией имущества. О масштабах репрессий тех лет можно судить по высказыванию тогдашнего наркома юстиции БАССР на пленуме обкома ВКП (б) в мае 1928 года: « Мы за 3- 4 месяца ... осудили 2424 человека… Мы переполнили тюрьмы настолько, что яблоку негде упасть».1

В то время не было еще Особого совещания и «троек». Приговоры по хлебным делам выносили народные суды и они были довольно мягкими. В основном подвергали имущественным взысканиям, принудительным работам и, как крайняя мера, лишению свободы сроком до одного года. Но уже на июльском (1928 г.) пленуме ЦК ВКП (б) И.В.Сталин выдвинул тезис о том, что «по мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться»2. Он стал теоретическим обоснованием репрессий в широких масштабах.

В 1929 г. меры наказания ужесточаются: увеличивается число условно осужденных.3

С началом коллективизации и «ликвидации кулачества как класса» наступает вторая волна репрессий, принявшая характер массового террора. На местах появляются несудебные органы- «тройки», куда входили руководитель районного отдела ОГПУ, председатель райисполкома и прокурор района. «Тройка» создается и при ОГПУ БАССР. За 15 месяцев (1930-1931г.) в Башкирии было арестовано 12 тыс. человек. Лишь за январь- март 1931 год «тройкой» при ОГПУ было осуждено 2878 человек, из них 143- к расстрелу, 1587- к заключению в концлагерь, 1028 человек- к ссылке.1 Это были первые массовые жертвы ложной и страшной теории о разгорающейся классовой борьбе по мере продвижения к социализму.

Следует отметить, что уничтожение классов теоретически вовсе не предполагает физическое истребление людей. Этой цели можно достичь, преобразуя социально- экономические условия, обеспечивающие их воспроизводство. Именно так понимали ликвидацию классов многие идеологи социализма. Однако существование данного теоретического положения на практике в условиях России пошло совершенно по иному пути. Раскулачивание обернулось репрессиями и физическим уничтожением тех групп населения деревни, которые казались властям потенциально опасными для нового строя. Одновременно это было грозным предупреждением всем, кто не пожелал бы вступить в колхоз или выразить возмущение политикой Советской власти в деревне.

Трагизм положения заключался в том, что при раскулачивании повсеместно допускался произвол со стороны местных властей, на откуп которым было отдано право решать, кто именно является кулаком. Решения по раскулачиванию часто носили произвольный характер, немалую роль при их принятии играли случайные моменты: сведение счетов, личная неприязнь и так далее. Именно по этому раскулачивание затронуло самые разные слои крестьянства- не только зажиточную верхушку деревни, но и середняцкие слои и даже бедняков.

Практика привлечения к уголовной ответственности крестьян, лишения их жизни была упрощена до предела. Самыми распространенными стали обвинения в агитации против создания колхозов, закрытия мечетей, которые квалифицировались как контрреволюционное преступление и попадали под действие 58-й статьи Уголовного кодекса РСФСР. Для разбора дел о контрреволюционных преступлениях в 1934 году учреждаются особые суды – « спецколлегии». Тогда же создается Особое совещание при наркоме внутренних дел СССР. Дела, по которым не было достаточных документальных материалов для передачи в суд, направлялись на рассмотрение Особого совещания. Санкции на арест выдавались прокурорами по первому требованию органов ОГПУ. Крестьянина могло арестовать любое должностное лицо: председатель колхоза, член правления, руководитель сельсовета, секретарь партийной ячейки, приезжий уполномоченный. Следователи не утруждали себя сбором материалов, подтверждающих виновность арестованного. Особое совещание, «тройки», «спецколлегии» за считанные минуты выносили решения, определявшие судьбы людей.

Репрессии против крестьян не прекращались после завершения коллективизации и физического уничтожения многих из них. К уголовной ответственности могли привлечь любого руководителя, рядового колхозника или единоличника за разные «преступления», как- то: за укрывательство колхозного хлеба, продажу его на рынке до выполнения хлебозаготовок, неуплату налогов в срок. Неумение малограмотных, лишенных подлинно хозяйского отношения к земле колхозных руководителей организовать коллективный труд, неопытность механизаторов расценивались как преднамеренное вредительство. В 1931 году Уголовный кодекс РСФСР был дополнен статьей следующего содержания содержания: «Порча и поломка принадлежащих совхозам, машинно- тракторным станциям и колхозам тракторов и сельскохозяйственных машин, если порча или поломка вызваны преступно- небрежным отношением к этому имуществу,- принудительные работы на срок до шести месяцев. Те же действия, совершенные неоднократно или причинившие крупный ущерб,- лишение свободы до трех лет»1.

Как уже говорилось выше, резкое увеличение объемов государственных заготовок сельскохозяйственных продуктов привело к сокращению натуральных выдач на трудодни и существенному потреблению продовольствия самим крестьянством. Полуголодное существование, бесхозяйственность, царившая в колхозах, отрицательно сказались на поведении крестьянства, деформировали его нравственные устои. В колхозах начались массовые, мелкие хищения, в частности зерна. В целях защиты

Колхозного имущества, оказавшегося поистине ничьим, 7 августа 1932 года ЦИК и СНК СССР принял постановление « Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и коопераций и укреплении общественной (социалистической) собственности». Текст его был написан собственноручно И.В.Сталиным. В нем расхитители общественной собственности объявлялись врагами народа, по отношению к которым предусматривалось применение высшей меры наказания с заменой при смягчающих обстоятельствах расстрела лишением свободы на срок не менее 10 лет с конфискацией имущества. Народный комиссар юстиции РСФСР Н.В.Крыленко так разъяснил суть этого закона: «Всякому, кто покушается на общественную собственность, если это будет выходец из враждебной среды,- расстрел. Если это вовлеченный в кулацкую кампанию, поддавшийся кулацкому влиянию элемент, еще не отказавшийся от старых воззрений единоличник или колхозник,- 10- летнее лишение свободы. Вот как гласит закон».2В народе он получил название «Закон о колосках». Дело в том, что на

еще не вызревших колхозных полях отчаявшиеся от голода женщины, чтобы накормить детей, ночью тайком срезали ножницами колосья. В судебной практике даже появился термин - «парикмахеры».

Практика применения закона от 7 августа была безобразной. По этому закону во множестве случаев суду предавались лица, совершившие мелкие хищения. В Благовещенском районе, например, осудили двух женщин за кражу 2- 3 головок подсолнуха: одну – к 10 годам лишения свободы, другую - к одному году принудительных работ. Трудно сказать, сколько судеб сломал, сколько жизней погубил этот бесчеловечный закон. Известно, что только за девять месяцев его применения в республике было осуждено 5391 человек, из них 193 – к высшей мере наказания1. Однако указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 апреля 1959 года он был призван «утратившим силу».

Эти репрессивные меры не дали, да и не могли дать ожидаемых результатов, так как государство боролось не с причиной зла, а с его следствием. Хищения продолжались. Чтобы как – то прокормить семью, руководители, рядовые колхозники вынуждены были идти на всякие ухищрения. В периодической печати тех лет много сообщений о таких фактах. Вот некоторые из них. «В колхозе «Авангард» Белокатайского района в овсяной соломе обнаружено до 10 % урожая… В колхозе « Малтуга» того же района в соломе и мякине до 25 % зерна, колхозники уносили мякину домой, провеивали и присваивали колхозный хлеб.

В январе 1933 года был создан особый репрессивный орган – политотделы МТС и совхозов. В решениях январского (1933 г.) пленума ЦК ВКП (б) говорилось, что необходимы для обеспечения правильного и своевременного применения законов Советского правительства об административных и карательных мерах в отношении организаторов расхищения общественной собственности, саботажа мероприятий партии и правительства в области сельского хозяйства.

Политотдел состоял из начальника, двух его заместителей, организатора среди женщин и редактора многотиражной газеты.

Политотделы строго следили за выполнением колхозами планов обязательных

хлебозаготовок и натуроплаты за работу МТС. Малейшие попытки колхозов

 распорядиться выращенным урожаем по своему усмотрению в корне пресекались, а руководители наказывались. Когда политотделу Дюртюлинской МТС стало известно, что колхоз «Кызыл Зиляк» до начала хлебосдачи продал на рынке 8 центнеров зерна для покрытия денежной задолженности другому хозяйству, он, грубо нарушив Устав сельскохозяйственной артели, распустил правление и членов его отделов под суд.1Неудивительно поэтому, что многие колхозники воспринимали политотделы как органы ОГПУ.

Деятельность политотделов МТС вызывала острое недовольство райкомов партии. Никто из них не хотел уступить власти над крестьянством. В обком, ЦК ВКП (б) поступали многочисленные жалобы на действия политотдельцев. Этим объясняется преобразование политотделов МТС в обычные партийные органы в ноябре 1934 года, а не тем, как это было принято считать, что они выполняли стоящие перед ними задачи.

Террор против крестьян принял такие огромные масштабы, что вызвал беспокойство в Кремле. 8 мая 1933 года И.В.Сталин и В.М.олотов направили местным партийным и советским руководителям, органам ОГПУ, суда и прокуратуры специальную «Инструкцию», в которой говорилось: «ЦК и СНК считают, что в результате наших успехов в деревне наступил момент, когда мы уже не нуждаемся в массовых репрессиях, задевающих, как известно не только кулаков, но и единоличников и часть колхозников… имеются сведения, из которых видно, что массовые, беспорядочные аресты в деревне все еще продолжают существовать в практике наших работников. Арестовывают председатели колхозов и члены правлений колхозов, председатели сельсоветов и секретари ячеек, районные и краевые уполномоченные. Арестовывают те, кому только не лень и кто, собственно говоря не имеет никакого права арестовывать. Не удивительно, что при таком разгуле практики арестов органы, ОГПУ, и особенно милиция, теряют чувство меры и зачастую производят аресты без всякого основания, действуя по правилу: «сначала арестовать, а потом разобраться».2

Однако «Инструкция» не запрещала, а лишь предлагала упорядочить аресты, ограничить выселение крестьян. Уполномоченным, председателям райисполкомов, сельсоветов, колхозов, секретарям партийных ячеек запрещалось производить аресты. Количество выселяемых в 1933 году крестьянских хозяйств из пределов Башкирской АССР не должно было превысить 500.1

Репрессии продолжались, теперь они затронули тех единоличников и колхозников, которые своевременно не могли выполнить заданий по поставкам государству сельскохозяйственных продуктов и уплатить налоги.

Как было указано выше, сопровождался массовыми репрессиями против крестьян, вся "вина" которых состояла в том, что они стремились производить продуктов и лучше жить. Ничем не оправданная жестокость вытиснила гуманистические начала из общественной жизни, предопределила значение личности в обществе как "винтика", подчиненного верховному вождю. Террор продолжался и после завершения коллективизации и привел к тому, что отказ от всякой самодеятельности, слепое подчинение любым указаниям, иногда абсурдным, перестраховка, боязнь брать на себя ответственность стали чертами повседневного поведения. Более того, постоянное присутствие страха, навязчивое идеологическое воспитание в духе непримиримости к "врагам народа" способствовали росту политической подлости. Одним из отрицательных результатов массовых репрессий, сопровождаемых политической демагогией, явилась селекция людей особой разновидности - конформистов, для которых решающий критерий добра и зла, истины и лжи - позиция вождя, начальника.

Разорение деревни, голод, административный диктат, репрессии компенсировались нарастающим потоком лжи на страницах газет и журналов, в передачах по радио, ставших послушным рупором партийно - государственного бюрократического аппарата, появлением кинофильмов, песен, полных энтузиазма и бодрости.

Таким образом, волна репрессий охватила не только высшие органы государственной власти, членов партии, городское население, но и крестьянство. Равенство в нищете - вот что явилось итогом коллективизации и ликвидации кулачества, как в Башкирии так и в других республиках СССР.А многие деревни лишились умелых, трудолюбивых, преданных земле людей. И это – самая невосполнимая потеря.

 

 

 

Дата: 2019-07-24, просмотров: 128.