Новой школы в Российскую провинцию
Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

(1786-1788)

 

 12 августа 1786 года были разосланы рескрипты генерал-губернаторам с повелениями о подготовке помещений и о других надлежащих мерах к учреждению училищ'. С этого момента собственно только и началась полномасштабная реформа. Она уходила в провинцию, где за училищами уже не было постоянного пригляда императрицы и ее доверенных лиц. Там и только там, в полной мере могли быть проверены все ее административные и организационные звенья, кадровые и методические приготовления, общественная востребованность.

 В число первых двадцати пяти наместничеств и губерний, в административных центрах которых открывались вслед за Санкт-Петербургом главные народные училища, Комиссия Завадовского определила: 1. Новгородское наместничество; 2. Тверское; 3. Олонецкое; 4. Архангельское; 5. Псковское; б. Смоленское; 7. Тульское; 8. Калужское; 9. Орловское; 10. Курское; 11. Ярославское; 12. Вологодское; 13. Владимирское; 14. Костромское; 15. Нижегородское; 16. Пензенское; 17. Казанское; 18. Вятское; 19. Симбирское; 20. Саратовское; 21. Воронежское; 22. Рязанское; 23. Тамбовское; 24. Пермское; 25. Московская губерния.

 Комиссия испрашивала от императрицы распоряжений генерал-губернаторам, чтобы те позаботились "о приуготовлении домов заблаговременно для училищ" к 22 сентября 1786 г. Это был праздничный день коронации Екатерины II, к которому и приурочивалось открытие всех 25 главных народных училищ'…

 Императрица и Комиссия народных училищ были готовы придать реформе новый импульс. Успехи первой волны массового устройства училищ позволили Комиссии с оптимизмом смотреть на привлечение к этому делу дополнительно 16 губерний.

 Еще в 1786 г. для губерний, не вошедших в список тех, где открывались первые главные народные училища, Комиссия Завадовского просила императрицу "о повелении выслать из духовных семинарий сто человек учащихся для обучения и образования их в Санкт-Петербургском главном народном училище".

 Она заверяла, что из оставшихся "в здешнем же Главном училище казенных студентов, кои не совершили еще своего учения, и из вновь присылаемых" она "назначать будет по мере успевших и учение совершивших в учители для наместничеств, так что и в остальных могут быть открыты главные народные училища чрез короткое время".

 Как и было обещано, для новой очереди подключавшихся к реформе регионов было подготовлено еще 100 учителей, о чем сообщалось в октябрьском докладе 1788 г. на имя императрицы…

 Самыми многочисленными в губернии были главное училище в Уфе и малое- в Мензелинске, в которые при открытии были зачислены соответственно 134 и 101 чел…

 Инициатором открытия Бузулукского училища все же являлась не местная дворянская корпорация, а губернская власть.

 Здешние представители благородного сословия согласились на открытие школы после обращения правителя наместничества к уездному предводителю Булгакову. Одновременно от "правящего в Бузулуке комендантскую должность майора Белынского "поступила просьба "о сделании для тамошнего училища потребных столов и прочих вещей", на что от Приказа было дано разрешение на проведение необходимых трат, но "без всякой для казны в цене передачи".

 Бывшим челябинским учителям Алексею Адоратскому, уроженцу Сызрани, и Николаю Страгматовскому, выходцу из семьи священника Тетюшского уезда Казанской губернии, предписывалось, "чтоб они немедленно отправились в город Бузулук".

 

Г. По всей России голод.

 

 После 1775 года, Российская Империя провела целую серию войн, включая особенно затратные - морские. Средств стало катастрофически не хватать. Естественно расчитывали компенсировать потери за счет прибыли с новых территорий.

 В Малороссии снимали отличные урожаи. Угроза серьерзного всеобщего голода приобретала совсем уже призрачные черты. Надо заниматься укреплением финансов. Одна из мер - увеличение в 1785 году госзаказа винопроизводетелям до 8.000.000 ведер водки в год с последующим ростом.

 Часть производителей ушли от конкурентов в Малороссию.

А в 1787 году произшло то, чего не должно было произойти.

Детонатор, как всегда, неурожай. Причина - неожиданные заморозки.

 Все озимые хлеба погибли в 6 губерниях: Калужской, Тульской, Рязанской, Орловской, Воронежской, Смоленской - во всей Малороссии.

 Урожая хватило только на семена в губерниях:

Тамбовской (за исключением Хопра), Пензенской, Вятской, Казанской, Курской, Московской, Нижегородской.

 В остальных губерниях урожай хороший и выжить на запасах можно. Но… Все перечисленные губернии и наместничества - основные производители водки. Существует серьезный госзаказ на водку…

 Хлеб принадлежит помещикам. Помещики набрали кредиты под будущие барыши. У них фьючерсные контракты с винопроизводителями. Большинство крупных землевладельцев живут в столицах - им нужно много денег, от деревни они оторваны совершенно и интересует их только доход.

 Нет урожая? Надо выгребать запасы. На производство 5 ведер водки тогда шло по 9 пудов хлеба. Для выполнения плана требуется 14.400.000 пудов хлеба.

 А еще у нас контракты на экспорт 2,6 миллона пудов (Миронов).

 Выметается из запасов все. Остановить процесс правительство не может - отказ от госзаказа означает разорение государственной элиты и лобби откупщиков.

 В итоге крестьяне едят листья, сено, мох и мрут (Щербатов). На Украине - куда-то разбегаются (Цитович).

 Хлебные магазины не сработали - выдачи с них хлеба не производилось. Почему? Самое интересное, что этот вопрос тогда не поднимался совсем…***

 Неурожаи в Поволжье и Приуралье также были нередки – например, самыми серьезными по своим последствиям были неурожаи 1766–1767, 1787–1788 гг., в отдельных уездах – в 1754, 1758, 1763, 1778, 1783, 1785.9  

О Мордвах.

 

 Хозяйственный быт земледельческого населения нашего края с самого начала колонизации стоял в зависимости от этнографического состава этого населения. Русские поселенцы приносили с собою обычаи и технические приемы со своей „старины", руководясь прадедовскою мудростью, закрепленною в разного рода „приметах", приуроченных большею частью к церковному календарю: ранний посев—с Егорья (23 апр.), средний—с Николы (9 мая); Борис и Глеб (2 мая) сеют хлеб: последний колос—Илье на бороду (20 июля)  и т. д. Нужен был длинный опыт, чтобы приспособиться к новым климатическим условиям и ранний сев считать чуть не месяцем раньше прежнего.

 Рядом с русским поселенцем шли… старинные, и усердные земледельцы—мордва… со своим хозяйственным опытом, закрепленным древней мифологией, с ее сельскими образами Дедушки—Овина, Батюшки—Мороза и самого верховного бога, который иногда в полдни, в виде седоволосого бородатого старика, с палкою в руке ходит по межам.

 У мордвы земледелие является очень рано, и с самого начала своего подчинения русской власти мордва платит оброк „посопом"—отсыпным хлебом. Правда, большое значение в жизни племени имели и подсобные промыслы—охота и пчеловодство, но земледелие являлось главным основанием хозяйственной жизни…7

 В 80-е годы XVIII века основано село Алексеевка, по местному Зорькино, рядом с селом Ивановка или Карамалка. В 1795 году она именуется деревней "вновь заведенной на речке Куруелге". В 1799 году в ней было 124 человека обоего пола "из мордвы новокрещен". Основателями были выходцы из деревни Белого Озера и деревни Нойкина нынешнего Бугурусланского района. В 1808 году в эту же деревню были причислены 11 семейств мордвы в числе 53 человек мужского пола из села Рождественского (или Кутуши), Чистопольского уезда. В 1811 году в селе Алексеевка показано 17 семейств с 158 душами мужского пола "из мордвы новокрещен". Остальные селения с мордовским населением возникли много позже.

 Интересна история образования села Секретарка. Село ведет свое исчисление с конца XVIII начала XIX веков. Ранее оно именовалось деревней Мордовский Кандыз Секретарка тож. Основатель его - новокрещеная мордва. По показаниям жителей деревни, данным ими в 1806 году, они ранее жили на земле секретаря Я. И. Еремеева, т.е. в деревне Кармале, Секретарка тож. Это примерно в 80 х годах XVIII века. Бугульминской земской конторе было дано распоряжение отвести землю "новокрещеной мордве", сохранив при этом название Секретарка…***

 В ряде сел мордва проживала с представителями других этносов. Так, в д.д. Байтермиш, Нуштаево Бугурусланского уезда она проживала с чувашами. К концу XVIII в. в Бугурусланском уезде насчитывалось 57 деревень. Из них 39 было чисто мордовскими, 10 – мордовско-русскими, 3 – мордовско-чувашскими, 2 – мордовско-татарскими, 2 – мордовско-русско-чувашско-татарскими и 1 – мордовско-чувашско-татарское ...

Во второй половине XVIII в. возникли мордовские поселения:

Большой и Малый Толкай, Фролкино (или Ерзовка), Ибряйкинского прихода д. Нуштайкино, Аманакская слобода, Воскресенская, Старые Сосны, Покровка, Кузьминовка, Кармала-Ивановка, Афонькино, Мордовский Бугуруслан, Сок-Кармала, Русские Боклы и Боклановка.

Мордовские переселенцы предпочитали традиционные формы выбора места для поселений, удобные для земледелия и занятия промыслом. Они основали из себя или совершенно отдельные деревни, или вошли, «приписали» к русским селениям. В результате значительная доля мордвы стала проживать в многонациональных селах. В Бугурусланском уезде из 99 сел 70 – мордовских, 15 – мордовско-русских, 3 – русско-мордовско-чувашских, 7 – мордовско-чувашских, 2 – мордовско-татарских, по одному – мордовско-украинское, мордовско-украинско-чувашкое.

 Часто реки служили основными путями, которые связывали поселения между собой. По сведениям Л. Ф. Змеева, в Бугульминском уезде мордва, как и другие народы «…убегая от северных ветров, большей частью ютилась по долинам рек, под защитой гор, а избегая южного постоянного ветра, тянули свои улицы с востока на запад». Такая форма поселения характерна для с. Бокла Бугурусланского уезда:

 

Вай, Бокла, Бокла, селеньице Бокла,

Вай, славное, вай, красивое!

Чем славно село,

Чем красиво село?

Между двух гор село «расположено»,

Село на берегу Кинель-реки.

 

 Приречный тип поселений самый древний в этом крае. Поселения отодвигались от реки на всю ширину поймы и располагались на второй или третьей надпойменной террасах, образуя долинный подтип.

 Для мордовских селений характерны различные виды планировки. Наиболее распространенной была рядовая, при которой поселения вытягивались цепочкой в один сплошной ряд, и ориентировались фасадами в одну сторону, чаще на реку, речку, озеро, а позднее на тракт. Такая планировка чаще всего встречается в Бугурусланском уезде. Наряду с этим, ряд селений сочетали в себе как уличную, так и беспорядочную форму. Например, с. Вечканово (Исаклинский район) состоит из двух основных улиц с двухрядной застройкой, и беспорядочно разбросанных на склонах, несколько домов и отдельно стоящих построек. Такие планировки были характерны и для коренного района проживания мордвы. В разнородных в этническом плане поселениях каждый этнос проживал на своей улице.

 Строительству дома уделялось огромное значение. Статус хозяина у мордвы ставился в зависимости от наличия добротного дома. Исходя из этого, выбору места для жилища придавалось не только утилитарное, но и сакральное значение. Широкое распространение имел выбор места с помощью магических действий, в том числе и гаданий. По сообщениям информаторов, вечером на предполагаемом месте постро-йки оставляли шубу, если утром она была сырой, то место считалось непригодным. Предполагалось, что весьма близко находились грунтовые воды. Было не принято строить дома на дороге, считалось, что это приносит болезни и смерть хозяевам, а также начинать строительство в понедельник, который считался тяжелым днем. С принятием православия выбранное место освящали, чтобы сохранить дом и домочадцев от злых сил. Нежелательным считалось строительство жилища вблизи мельницы, ибо в народном мировоззрении она ассоциировалась с «нечистым» местом, а мельник наделялся сверхъестественными колдовскими способностями.

 Мордва старалась не обживать чужие или заброшенные дома, а также те, в которых произошли несчастья. Считалось, что пребывание в них грозило несчастьем и новым жильцам…

 В целом мордовская изба не отличалась от русской. В частности, Л. Ф. Змеев фиксировал, что, «проезжая селение какой бы то ни было народности, они мало уклоняются от типа  обы-кновенной русской деревни. Ряд, также, двух-трех оконных, соломой крытых изб у мордвы, как и у русских, те же две избы, но несравненно больше и не разделенные сенцами. Или две рядом комнаты, из которых задняя, почти всегда разделена на две, с особо топящейся лежанкой, с полами, как говорят на живую, т. е. не сколоченными и не прибитыми, свободно пропускающими воздух.

Нередки избы и русского фасона, но сравнительно редки земляные полы. Те же два-три окна и такой же величины. Крыши в основном соломенные». Неприкрепленные полы были характерны и для татар. Эту особенность отмечал и П. С. Паллас у мордвы Бугурусланского уезда. До появления стекла окна затягивали слюдой или пузырем животного. Дома были достаточно невысокими – от 13 до 17 венцов. Сруб конопатили мхом, паклей, реже соломой, а пазы между бревнами обмазывали глиной. Встречались жилища и со сплошной глиняной обмазкой.

 Преобладающими были четырехскатные крыши домов, крытые соломой внакладку. В целях предосторожности от пожара и раздувания ветра, солому обмазывали глиной.

 По воспоминаниям информаторов, в с. Старые Сосны Клявлинского района, курные избы (топящиеся «по-черному»-авт.) окончательно исчезли только в самом конце XIX – первой четверти ХХ в…

 Процесс заселения избы ярко характеризует ее традиционное мировоззрение, который обставлялся различными магическими обрядами, призванные обеспечить дому благополучие и благосостояние, а его обитателям – здоровье и долголетие. Считалось, что дом можно защитить от пожара, если принести в жертву петуха, кровью которого окропляли углы под первыми венцами. С принятием христианства связан обычай укладывания под углы дома освещенный ладан, окропления их святой водой. Самарская мордва сохранила традицию,  согласно которой, при возведении дома, рядом сажали дерево, чтобы оно приносило удачу, благополучие, оберегало от болезней и всякого зла. Ряд исследователей данный обычай связывают с пережитком тотемистических представлений.

 При переезде в новый дом мордва использовала различные ритуалы и обряды. Широкое распространение имел обычай впускать в новый дом сначала кошку или петуха. Аналогичные обряды в целом были характерны для всей мордвы. Первый огонь в новой печи зажигали от углей, принесенных из старого дома. Чтобы задобрить хранительницу дома (Юртаву – э., Кудаву – м.), устраивали небольшое моление, сопровождающееся ее «приглашением» жить в новом доме. Он считался полностью освоенным после совершения «моления нового дома» – «од кудонь озкс», который приурочивался к ближайшему празднику.

 Традиционная мордовская усадьба делилась на саму избу, двор (кардаз – э., пирьф – м.), огород и собственно усадьбу. Для мокшанского населения региона характерна разбросанная постройка двора, у эрзи встречались как открытые, так и закрытые дворы с однорядной застройкой.

 Изба служила основным местом размещения членов семьи, где не только готовилась и принималась пища, но и выполнялись многие работы, связанные с кустарными промыслами. Зимой в избе содержали телят, поросят, ягнят, а в сильные морозы корову загоняли для дойки. В результате в помещении создавались антисанитарные условия. Полы зимой мылись лишь перед большими праздниками из-за боязни промочить картошку, находящуюся в подполе. Поэтому любое инфекционное заболевание превращалось в эпидемическое…

 Большинство членов семьи специальных мест для сна не имели. Глава семьи с хозяйкой спали на «конике», на печи и полатях – старики и дети. Подростки располагались где попало: на лавках, полу. Летом спали и в подсобных помещениях: сенях, клети, амбаре. В качестве постельных принадлеж-ностей использовались матрацы, набитые соломой. Нередко постелью служила верхняя одежда: полушубки, кафтаны, ими же и накрывались. Почти в каждой избе под потолком висела «зыбка», где спал грудной ребенок. Стены и потолок не оклеивались. Их мыли лишь к большим праздникам.

 Для… мордвы были присущи отхожие промыслы, связанные с земледельческим и неземледельческим трудом. К первым относились разнообразные сельскохозяйственные работы в кулацких и помещичьих хозяйствах. На все лето крестьяне нанимались в пахари, иногда со своими плугами и быками, жнецы. В отличие от мордвы, проживающей на исконной территории, которая в поисках работы массами направлялась в южные районы России, в том числе и в Самарскую губернию, крестьяне здесь нанимались обычно к помещикам, жившим недалеко от их деревень (сс. Богатое, Грачевка, Языково, Тимяшево Бугурусланского уезда). Только жители с. Каменка Бузулукского и с. Сок-Кармала Бугурусланского уездов отправлялись на сенокос и уборку хлебов в более дальние места.

Во второй половине XIX в., в связи с развитием капиталистических отношений, в сельском хозяйстве классовое расслоение крестьян пошло более быстрыми темпами. Стала расти сельская буржуазия. Зажиточные крестьяне все больше и больше стали вырабатывать зерна для продажи. В результате этого, расширилась сеть рынков, как в самой Самарской губернии, так и за ее пределами. Во многих селах появились скупщики зерна. Такая картина наблюдалась в с. Лесная Богана Бугульминского уезда, откуда зерно возили в Чистополь и Сергиевск, из с. Старые Шенталы того же уезда возили в Черемшанскую крепость и т. д. В с. Старое Мансуркино специальных скупщиков не было. Владелец излишков хлеба нанимал из своих односельчан извозчика и отвозил в Бугуруслан, где продавал на базаре или сдавал в государственные амбары.

 Важнейшие сельскохозяйственные работы сопровождались молениями (озксами),  различными обрядами, направленными на получение большого урожая, сохранения посевов от засухи и других природно-климатических катаклизмов.

 Одним из значимых обрядов земледельческого цикла являлся кереть озкс, посвященный началу сева. Кереть, керядь – старинное название плуга. Для проведения обряда готовили мясо, купленное на общинные деньги, варили пиво. В назначенный день празднично одетые жители собирались на околицу села. Каждая хозяйка брала с собой свежий хлеб, пироги, яйца. Перед началом обеда один из стариков, обращаясь к богу, молился и просил дать высокий урожай, благодатную погоду, сохранить посевы от зноя и слякоти. Каждый хозяин со своей чашкой подходил к котлу и получал свою долю, после чего начиналась общая трапеза. Во время обряда назначали день начала сева и выбирали человека, который должен выехать в поле первым. Согласно традиции, он должен обладать определенными нравственными качествами, «легкой рукой».

 В честь божества поля Норовавы (Пакся-авы) проводился общинный молян – сараз озкс. Ее просили о хорошем урожае и наполнении хлебом гумна.

 Наряду с общественным молением началу сева посвящалось и семейное, которое проводилось с наступлением темноты. По обычаю перед молением. Там же закрывали трубы в печи, двери, чтобы не выходила из дома нисшедшая от молитвы благодать, клали перед иконами предназначенные для сева зерно и молились о благополучном исходе полевых работ и богатом урожае.

 С первым севом у … мордвы были связаны различные приметы и поверья. Так, в день его начала нельзя было оглядываться, возвращаться назад, никому ничего не давать взаймы. При въезде на загон, слезали с телеги на правую ногу. Прежде чем бросить семена в землю, около межи зарывали яйцо, чтобы зерна были такой же величины.

После окончания весенне-полевых работ устраивалось моление о дожде – «пизем озкс». Всем селом собирались около родника и молились Нишке пазу (верховному богу) и Ведяве (богине воды), чтобы они послали им хороший урожай. После молитвы каждый черпал в посуду воду и отправлялся на поля, где брызгал водой на посевы. Таким образом, обходили все поля. Затем вновь собирались около родника, молились и в заключении обливались водой. В этот день около всех родников дети и молодежь стояли с ведрами и обливали каждого проходящего.

 С целью сохранения посевов от засухи проводили обходы полей – «паксянь кружама», «паксянь кругом велявтома», в которых принимали участие все жители села. Обход начинался у церкви или кладбища, а затем вся процессия отправлялась к водному источнику, где совершался молебен. Неотъемлемым элементом обряда было обливание водой. Освященную воду брали с собой домой, чтобы обрызгать людей, не принимавших участие в молении, а также и скот.

 Перед началом жатвы проводили моление в честь Мода-авы (богини земли), Пакся-авы (богини поля), Норов-авы (богини плодородия) с магической целью получения силы, здоровья, работоспособности. В ряде мест женщины катались на земле, чтобы не болела поясница, спина во время жатвы.

 Один из самых значимых молений посвящался первому выгону скота – «лифтема – панема озкс», который сопровождался различными магическими и символическими обрядами. Широкое распространение имел обычай прогона скота через «живой» огонь. Для этого сооружали ворота с широким помостом, на котором путем трения добывали огонь и зажигали костер. После прогона скота сквозь эти ворота каждая хозяйка брала «живой» огонь, который поддерживался в течение года до нового моления. В ряде мордовских сел современного Шенталинского и Клявлинского районах местом первого выгона скота выбирали овраги, на склонах которых расставляли иконы. Священник читал молитву и окроплял скот «святой» водой. Выгоняемых животных хлестали веточкой вербы, освященной во время вербного воскресенья … 8

 

С. Самаркино

 

Единственным крупным населенным пунктом с чувашским населением является село Самаркино. Оно основано новокрещенными чувашами, перешедшими в 1787 году из села Никольского (или Геранкино), бывшего Бузулукского уезда Самарской губернии. Позже к ним подселились в 1791 году чуваши из села Ибрайкина и села Султангулово теперешней Куйбышевской области, а в 1794 году из деревни Новой Геранькиной также Куйбышевской области. Название Самаркино, возможно, возникло по названию Самарской губернии, откуда были основатели села.

 

Сурметбаш (Асановка)

 

 В 1787 году по указу Уфимской казенной палаты часть ясачных татар и тептярей нынешнего села Крым-Сарай Бавлинского района Республики Татарстан во главе с Хасаном Галиевым (1736-1805) перешла из Бугульминского в соседний Бугурусланский уезд Оренбургской губернии и основала здесь ныне исчезнувшую деревню Сурметбаш, Асановка тож. 5-я ревизия податного населения показала здесь 45 человек. В 1811 году большая часть татар ушла в соседние деревни Тирис-Усманову и Новый Тирис (ныне Абдулинского района Оренбургской области).

 

*****

 

 Выборы на третье трехлетие производились в январе 1788 года на основании предложения генерал-губернатора барона Игельстрома от 13 декабря 1787 г. за №913, следующего содержания: «По открытии уфимского наместничества и по прошествии первого трехлетнего срока, во втором сроке течение имеет третий уже год. И хотя всходственность Высочайших Её Императорского Величества «О управлении губерний  учреждений», следовало бы обновить выборами полагаемых … чинов в мае месяце будущего 1788 года. Но как изданный от Её Императорского Величества, прошлого 1785 года, апреля в 21 день, на права вольности и преимущества благородному дворянству жалованной грамате под литерою б, в 38 статье, Все Высочайше изображено: «дворянство собирается в губернии по позыву и дозволении генерал-губернатора, или губернатора, как для вверенных дворянству выборов, так и для выслушания, предложением генерал - губернатора, или губернатора, во всякие три года в зимнее время. То, исполняя оное Монаршее соизволение, всходствеаность Всемилостивейше изданных от 7 ноября 1775 года «учреждений» (главы 3 статей 64, 6.5, 66 н 67) для балотировании вновь на места в том «учреждении для благородного дворянства» назначен отменя срок: будущего 1788 года, генваря 10 числа. То и рекомендую вашему высокоблагородию, собрав от уездных предводителей по приложенному у себя образцу имянные списки о благородном дворянстве по округам, npeдставить ныне же ко мне с показанием в них против каждого имени: кто находится налицо в губернском городе, кто в уезде за какими причинами; кто не в губернии по каким обстоятельствам. И кои, имея в губернии Уфимской и области Оренбургской деревни, не жительствуют в них и не причитаются к здешнему обществу, означа особо тех, которые по силе Высочайше данной апреля в 21 день 1785 года российскому дворянству жалованной грамоты 62, 63 и 64 статей, … точно не входят в выборы; не могут иметь голоса и стула; и кои из них, по силе имянного, декабря 18 числа 1785 года повеления, могут быть при выборах и при каждом таковом списке по окружно приложить перечневые ведомости, с которых бы вкратце можно было видеть все вышеписанные разделения. Также, при сем рекомендую вам, и прочее все к тому балотированию нужное заблаговременно приуготовить; при чем вам даю знать, что при нынешних выборах всходствие Всемилостивейше дарованной благородному российскому дворянству грамоты все те места, которые выборами наполняются, должны переменены быть другими; и ни один, кто ныне при должности, не может занять тоже место и стул, которое ныне занимает, кроме одних только предводителей».

 В архиве депутатского собрания сохранился составленный вследствие приведенного предложения генерал-губернатора, 7 января 1788 года, список дворянам уфимского наместничества и оренбургской области, наличным и отсутствующим, из которого видно, что в Уфимском округе благородных особ состояло 55

—Стерлитамакском — — —  8

—Челябинском — —  — 8

— Троицком   — — - 2

— Мензелинском —— —  6.6

-- Бирском          — — — 4

— Белебеевском —- -  7

--Бугурусланском ——— 23 (потомственных муж. п. по уезду-авт.)

— Бугульминском —— — 24

— Бузулукском —      — — 45

— Сергиевсвом ——— 29

 Замещению лицами, избранными дворянством по уфимскому наместничеству, подлежали следующие должности: губернского предводителя; 4-х уездных предводителей; 4-х заседателей в совестных судах, уфимском и оренбургском;

20-ти заседателей в верхних земских судах; .

5-ти уездных судей;

10-ти заседателей уездных судов;

13-ти исправников;

26 заседателей нижних земских судов.

       Всего 83 должности.

 Предводителями дворянства на 3-е трехлетие избраны: Губернским полковник Николай Ларионович Сумароков.

 Уездными предводителями дворянства: Уфимскаго, Стерлитамакского, Челябинского и Троицкого округов капитан Савва Семеович Кублицкий.

 Бирского, Мензелинского и Белебеевского округов поручик Александр Ивавович Пальчиков.

 Бугурусланского и Бугульминского округов надворный советник Иван Петрович Рычков.

 Оренбургского и верхнеуральского округов поручик Алексей Петрович Кутыев.

 Бузулукского и Сергиевского округов поручик Петр Иванович Путилов.

 По окончании выборов, 15 января, от генерал-поручика правящего должность симбирского и уфимского генерал-губер-натора барона Игельстрома, была прислана губернскому предводителю Сумарокову следующая бумага: «известясь о том, что предмет собрания благородного дворянства, во всех частях предложений от меня данных, при случае сего собрания выполнен, предлагаю вашему высокоблагородию: благородных дворян отпустить в домы их. А при том, прошу собрание благородных дворян объявить, что я усерднейше желаю им, благополучно возвратясь в свои дома, наслаждаться благоденствием и спокойною жизнию, каковой безсумления они должны сожидать от благоразумия, беспристрастия и справедливости ими избранных судей. И уверить благородное дворянство, что я весьма желаю употреблять себя на вспоможение в делах их, и для того всех вообще и каждого особенно, прошу в случающихся обстоятельствах в нуждах, с полною доверенностью прибегать ко мне и быть благонадежну, что я просьбу каждого конечно не оставлю без удовольствия законного, имея единственной себе предмет в точности выполняя волю Её Императорского Величества, доставлять всякому справедливость и ему принадлежащее. Избранных же в зде-шние (Уфимские-авт.), и оренбургские совестные, и верхние земские суды господ заседателей, рекомендую вам, завтрашнего числа, представить лично его превосходительству здешнего наместничества, правителю господину генерал-майору и кавалеру Александру Александровичу Пеутлингу, для введения оных в заседание».

 16 февраля воспоследовало Высочайшее повеление Государыни Императрицы Екатерипы II, в коем изображено: «Господин генерал-поручик барон Игельстром! Я с удовольствием получила донесение ваше о возобновлении выборов в уфимском наместничестве и области оренбургской. Усердие и ревность дворянства и всего общества тамошнего в исполнении учреждений ко благу их изданных заслуживают мое благоволение, которое вы им и объявите. Пребываю, впрочем, вам доброжелательная».

 

*****

 

 Дело 1788 года, о крестьянине Бугурусланского округа, деревни Еги Фроле Перфильеве обвиняемом в свозе из Уфы беглого рекрута Карпа Клешкина.

„За толико вредное преступление чрез подаваемые к побегам способы, причиняющие убыль в людях долженствующих быть в службе и в отвращение сего и на страх подобно поползновенным ему Клешкину по сходству соиными на 95 толковании и 129 артикуле на месте преступления через здешнего коменданта наказать кнутом - дать 50 ударов и по учинении сего через Нижний земский суд отдать селению ево обывателям на поруки и под наблюдение и проч."

 

Дата: 2018-11-18, просмотров: 411.