Глава 9. ЗАМЕТКИ С ДРУГОЙ СТОРОНЫ

]

Твердое и дисциплинированное пребывание в Атмане, не оставляющее места любой мысли, кроме глубокого созерцательного памятования (смрити) о «Я», составляет самоотдачу Высшему Господу.

Рамана Махарши

ГЛУБОКАЯ РЕЛАКСАЦИЯ

Когда мне было шестнадцать лет, мой приятель Пэдди Фримен как-то раз попытался загипнотизировать меня. Он не преуспел – или, по крайней мере, я этого не помню, – поскольку я не стал бегать кругами и клохтать, как курица, а к вящей его досаде просто лежал, пассивный и не реагирующий на его команды. Бедняга Пэдди, возможно, был разочарован, но меня этот опыт восхитил, ибо я никогда за всю свою недолгую жизнь еще не знал таких глубин спокойствия и релаксации.

После этого опыта я прочел несколько книг на данную тему и начал практиковать самогипноз, пока не сделался весьма умелым практиком в этой области. Однажды я лежал на просторной родительской кровати, к изголовью которой была прикреплена лампа для чтения, идеально подходящая для моих целей.

Я смотрел на свет, практикуя глубокую релаксацию, которая состояла в методичном напряжении и расслаблении каждой части моего тела от кончиков пальцев на ногах до макушки, мысленно напевая слова вроде «Расслабляюсь, расслабляюсь, мои пальцы очень расслабленные и теплые... мое тело очень расслабленное и теплое, оно тяжелое, теплое и расслабленное; мое тело парит...» и т. д.

Я чувствовал, как волны релаксации омывают меня, и со временем настал момент, когда мое тело действительно стало очень тяжелым и, казалось, воспарило над поверхностью кровати. Я начал утрачивать ощущение присутствия тела – и вскоре осталось только осознание света.

А затем начало происходить что-то странное. Я чувствовал смутное и иллюзорное ощущение, будто тело, которого я не ощущал, начало вращаться в горизонтальной плоскости чуть выше поверхности кровати, а моя голова была центром вращения. Я понимал, что должен по-прежнему неподвижно лежать на кровати и никак не могу вращаться, но ощущение было весьма убедительным. Это вращение продолжалось несколько минут, все ускоряясь, пока внезапно перспектива не изменилась: вместо того чтобы лежать на кровати, глядя на свет, оказалось, что я смотрю на свое тело, лежащее на кровати.

Пораженный тем, что оказался там, где никак не мог быть, где мне быть никак не следовало, я запаниковал – но столь же внезапно, к огромному своему облегчению, обнаружил себя снова на кровати, уставившимся на лампочку. Я лежал так несколько мгновений, дезориентированный и перепуганный, пытаясь прийти в себя, а потом медленно поднялся и долго стоял там, глядя на кровать, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.

Конечно, как вы наверняка уже поняли, я просто пережил один из внетелесных опытов (ВТО). Это случилось за несколько дней до того, как мне попалась в руки книжка на эту тему. Но даже понимание того, что со мной произошло, не сделало это переживание менее пугающим, и прошло довольно долгое время, прежде чем я снова занялся практикой релаксации.

Многие годы спустя практика полной телесной релаксации стала частью моего повседневного расписания – перед отходом ко сну и сразу же после пробуждения. Эта способность так глубоко расслабляться, вероятно, была одним из главных факторов моего духовного пробуждения.

Воспоминания о первом внетелесном опыте, пусть и продлившемся считаные секунды, серьезно подорвали мой нарождавшийся материалистический взгляд на мир и в конечном счете изменили весь ход моей жизни. С тех пор я пережил несколько ВТО, и каждый из них оставил в моей памяти неизгладимые воспоминания.

ВТО и диссоциативные опыты часто случались со мной в годы, последовавшие за моим вторым духовным пробуждением, и я нередко спонтанно обнаруживал, что смотрю на мир из положения позади и выше своего правого плеча, пока шел по улице, спокойно сидел в автобусе и т. д.

По какой-то причине кундалини делает связь между разумом и телом довольно шаткой, и у меня иногда появлялось странное ощущение, что мой дух свободно плещется и перемещается внутри, но в более спокойные моменты, кажется, со щелчком встает на место – что бы это ни значило. Весь этот опыт был бесконечно чарующим и захватывающим.

ТАИНСТВЕННЫЙ ДВОИНИК

Сразу после моего второго пробуждения и приблизительно в то время, когда я переживал нирвикальпа-самадхи в первый раз, я проснулся ночью и обнаружил, что смотрю прямо в глаза красивейшему созданию из всех, что я когда-либо встречал. Я осознавал его безволосую голову и туловище, его нежные влажные глаза и был настолько зачарован красотой его лица, что не запомнил, были ли у него руки или ноги – вероятнее всего, никаких конечностей у него и не было.

Его голова и тело, омываемые лунным светом и расположенные так, что они казались отражением в зеркале, имели светящийся серебристый оттенок жидкой ртути. После нескольких мгновений восхищенного вглядывания в темные бездонные глаза этого восхитительного создания я задремал, а когда проснулся несколько часов спустя, это существо, в котором я мгновенно распознал самого себя, уже исчезло. Многие годы после этого я брил голову, чтобы отчетливее походить на него – или, как я догадываюсь, на себя.

С тех самых пор я гадал, не было ли это энергетическим, или астральным, телом, о котором я читал в книгах на оккультные темы. Пережив к тому времени многократные ВТО, я успел ими пресытиться, но этот опыт так же потряс меня, как и мой первый ВТО. До того момента я ни разу не задумывался о таких вещах, как астральные тела, и мог бы допустить, что они – проводники для ВТО, однако в данном случае оно парило в двух футах от меня, в то время как мое сознательное осознание оставалось с физическим телом. Очевидно, вся эта тема была сложнее, чем я думал.

Все мои ВТО и диссоциативные переживания происходили в непосредственной близости от моего физического тела. Я никогда не отправлялся в астральные путешествия по иным мирам существования, о которых рассказывали другие люди, так что у меня не было никакого личного способа узнать, может ли энергетическое тело существовать независимо от физического. Возможно, когда-нибудь я это выясню, но если такое бессмертие включает наличие эго, то оно меня не интересует. Воплощенное или развоплощенное, эго остается потерянным для Божественного. Имея выбор, я бы выбрал без-эготическое бессмертие джняны, которая в момент смерти, подобно капле воды, вновь сливается с океаном вечного блаженства.

ЖИЗНЬ В НАСТОЯЩЕМ

В 1997 году я работал по контракту, собирая мангалы для магазинов Ноте Depot в Ванкувере. Эта работа подходила мне идеально, учитывая состояние моего ума, поскольку не подразумевала регулярного или фиксированного рабочего дня и я мог погружаться в монотонную работу без всяких отвлекающих факторов.

Однажды вечером я получил заказ на сборку сорока мангалов в магазине города Кокуитлама на следующий день. Сборка сорока мангалов требовала около десяти часов труда, а этот Ноте Depot находился в нескольких милях от моего дома, поэтому мне нужно было встать с рассветом, чтобы добраться до магазина как можно раньше.

На следующий день я проснулся в шесть утра, позавтракал и вышел из дома. Добравшись до автобусной остановки на Кинг-Эдвард-авеню, полез в карман за бумажником и обнаружил, что единственные деньги, которые у меня есть, чтобы заплатить за проезд, – это стодолларовая банкнота. Водители автобусов требовали плату без сдачи, так что я перешел улицу и направился к магазинчику Seven Eleven, в глубине души понимая, что там никогда не держат в кассе больше пятидесяти долларов одновременно, чтобы не провоцировать ограбления.

Но меня это не волновало, поскольку я знал: непременно случится что-то такое, что разрешит мою проблему. Именно так в то время была устроена моя жизнь – мне не приходилось ни о чем беспокоиться; однако из-за срочности этой проблемы мне стало любопытно, как она будет разрешена.

Когда я вошел в магазин, у кассы выстроилась очередь, и я подумал, что просто перехвачу кассиршу с достаточным количеством разменной монеты как раз перед тем, как она соберется положить деньги в сейф. Но вышло все не так. Когда я подошел к кассирше и обратился к ней со своей просьбой, она отрицательно помотала головой. Я поблагодарил ее и уже готов был отвернуться, как она, чуть помедлив, оглянулась по сторонам и указала мне на мужчину, стоявшего в задумчивости у стенда с журналами, сказав: «Может быть, он сможет вам помочь: он только что спрашивал, не найдется ли у меня ста долларов одной бумажкой».

Я снова поблагодарил ее, подошел к этому человеку и протянул ему свою сотню. Он окинул меня взглядом, затем достал свой бумажник, вытащил из него пять двадцаток и подал мне. Мы оба кивнули, улыбнулись друг другу в знак благодарности и разошлись в разные стороны. Чтобы разменять одну из двадцаток, я купил себе пару сэндвичей и направился обратно к автобусной остановке.

Подумаешь, большое дело, можете вы сказать. Но задумайтесь на минуту: большинство людей, как и я, стремятся разменять стодолларовые купюры. Но часто ли вы встречали человека, который хочет поменять пять двадцаток на сотню? А ведь это случилось в 6:30 утра, в дешевом магазине и как раз в тот момент, когда мне это было нужно!

Вышеописанная ситуация – это крайний случай. Большую часть времени жизнь словно просто случалась со мной без всякого моего сознательного волеизъявления. Я никогда не составлял планов, но когда мне что-то было нужно – работа, жилье или деньги на еду, – оно всегда оказывалось под рукой именно тогда, когда это было необходимо.

Можете назвать это совпадением, но я называю это «жизнью в Сейчас». Нет, я не думаю, что тот мужчина в магазине был посланником Бога; это было бы крайне эгоцентрично с моей стороны. Я просто имею в виду, что события умеют сами о себе позаботиться, если им это позволить; но сфальсифицировать это невозможно. Невозможно натренироваться жить в Сейчас.

ГАЛЛЮЦИНОГЕНЫ

Главная проблема в том, что по-прежнему существует колоссальная путаница в отношении феномена, известного как мистический экстаз Общее впечатление таково, что это всего лишь измененное состояние осознания, сравнимое с состояниями, вызванными ядами, изменяющими сознание наркотиками, гипнозом, биологической обратной связью, гипногогическими условиями и тому подобными вещами

Гопи Кришна

Распространенное неверное представление, поддерживаемое такими видными личностями, как Олдос Хаксли, Тимоти Лири и Хастон Смит, гласит, что состояние, спровоцированное изменяющими сознание психоделиками и интоксикантами, аналогично состоянию мистического экстаза, – но нет ничего более далекого от истины.

В конце 1960-х – начале 1970-х годов я участвовал в движении хиппи и несколько раз употреблял галлюциногены вроде ЛСД, марихуаны, гашиша, мескалина и псилоцибина. Я также экспериментировал с интоксикантами, гипнозом, биологической обратной связью и гипногогическими условиями. У каждого из этих средств есть собственные уникальные характеристики, но ни одно не имеет более чем мимолетной связи с духовным переживанием.

Опыты с измененными состояниями доказали свою полезность во время моего первого духовного пробуждения, потому что я смог без страха принять странные и необычные ощущения и тотальную потерю контроля, порожденные кундалини-шакти.

Но помимо необычности состояний, вызванных кундалини и галлюциногенными наркотиками, между ними мало сходства. Наркотики биохимически искажают восприятие человека, в то время как сам человек, проходящий через этот опыт, остается прежним.

Кундалини же, напротив, проясняет восприятие и навсегда изменяет человека, прошедшего через этот опыт. Духовное пробуждение вызывает перемену в состоянии бытия, в то время как галлюциногенные наркотики и психоделики просто накладывают ряд сенсорных феноменов внутреннего происхождения на состояние бодрствования, что люди ошибочно принимают за духовность.

Человек, употребляющий наркотики, видит искаженный фантастический мир. Человек просветленный видит тот же мир, что и все остальные, но изменяется он сам, наблюдающий мир.

Во время духовного пробуждения могут возникать некоторые связанные со сновидением оккультные феномены, но наркотики всегда вызывают только галлюцининованные версии оккультных феноменов – очень похоже на то, как сновидения напоминают бодрствование, но не являются реальными.

Духовное пробуждение включает цельнотелесное переживание экстаза или блаженства. Я использовал сексуальный оргазм как точку отсчета, говоря о нем в предыдущих главах, но духовный экстаз – явление совершенно иного порядка и грандиозности переживаний; оно превосходит эрос и полностью стирает эго.

Спросите Экхарта Толле о блаженстве джняны. Блаженство превыше экстазов, но оба они трансформативны и транспортивны. Я не преувеличиваю и от всей души надеюсь, что вы выясните это для себя сами.

Напротив, переживания, вызванные изменяющими сознание психоделиками и прочими факторами, всего лишь результаты неких незначительных изменений в химии мозга. Я не критикую Хаксли, Лири или Смита, поскольку они для поддержки своих утверждений имели в своем распоряжении только отдельные случаи из жизни, но надеюсь, что эти мои комментарии вкупе с приведенной в начале раздела цитатой из Гопи Кришны помогут опровергнуть это неверное суждение.

Любые оккультные феномены, которые я пережил благодаря кундалини, сохраняют яркость в моей памяти, в то время как мои эксперименты с галлюциногенами – всего лишь смутные тени, не стоящие упоминания. Просто это не одно и то же. Это все равно что сравнивать отраженное свечение луны с ослепительным сиянием полуденного солнца.

Дата: 2018-09-13, просмотров: 79.