IV . БРАК И СЕМЬЯ. НАСЛЕДОВАНИЕ

1. Брак и семья

 

Власть домовладыки в семье не достигала в Вавилонии той степени, что в Ассирии (САЗ, §§ 30, 36, 39, 43, 48, 50, 55 и др.) или в Риме. В частности,— как будет показано ниже, - положение жены было несколько иным и более самостоятельным, чем положение детей, находившихся под властью отца (4В ШСЗ (§§ 2 и 4) и ФШЗ (§§ 4—7) мать приближается к отцу по объему своих драв и обязанностей в отношении детей. Это является пережитком условий древнего Шумера, где положение женщины было, невидимому, значительно более свободным. Характерно, что на юге Двуречья даже после Хаммураби, жене можно было по брачному договору выговаривать право развода, см. ABRU, № 1.); все же и ее положение, вопреки утверждениям буржуазных ученых, далеко не было равноправным и муж мог, например, закладывать ее за свои долги?! В целом, однако, вавилонская семья была уже (288) семьей патриархальной: глава ее был господином жены, детей и некоторого числа рабов. В вавилонских законах семья уже построена как ячейка, подвластная отцу, и отношения в семье характеризуются прежде всего тем, что отец выступает как ра- бовладелец: рабы являются элементом фамилии: (например, бездетная жена могла дать мужу рабыню для рождения детей), но классовые различия при этом резко сохранялись: если, например, рабыня, даже давшая детей господину, «станет равнять себя с госпожой», то на нее может быть наложен знак рабства, и она может быть причислена к - прочим рабыням (§ 146), — если такая рабыня не родила детей, жена может продать ее (§147).

А. Чистота брака охранялась прежде всего внутри семьи: изгнанием или смертью; каралось кровосмешение между восходящими и нисходящими (§§ 154 и 157), связь свекра с невесткой и мачехи с пасынком (§J55 и 15.8)*. Целость семьи охранялась от внебрачных связей, но не одинаково в отношении жены и мужа. Брак был моногамным лишь для жены. Всякая ее внебрачная связь каралась смертью (если муж ее не простит, § 129); смерть грозила также ее совиновнику (§ 130).

Мучительная смерть (на колу) грозила жене, давшей умертвить своего мужа ради другого мужчины (§ 153) Для жены брак нерасторжим, кроме исключительных случаев(§§ 131, 142, 149, 136) например женщина может вернуться в дом своего отца (т. е. получить развод) со своим приданым, если муж ложно поклялся в ее неверности или позорит ее, или берет в дом другую жену, когда жена его больна проказой (?); равным ■ образом, если муж бросит свою общину и бежит, а жена войдет в дом другого, она не обязана возвращаться к мужу, если он вернется (§ 136), но она обязана возвратиться к мужу, вернувшемуся из плена, хотя бы она, за отсутствием средств к жизни, ушла в дом другого и родила ему детей (они остаются у отца, §§ 134—135).

 Вместе с тем честь жены охраняется не только от насилия (которое карается смертью насильника, § 130), но и от недоказанных позорящих обвинений (§ 127), и даже позорящая клятва мужа опровергается клятвой жены, если она не была захвачена in flagranti — § 131 (однако муж за ложную клятву не наказывается). Даже если жена скажет мужу: «не касайся меня», но окажется, что она беспорочна, а муж ее порочимого она вправе вернуться к отцу вместе с приданым (§ 142). Таково право жены, но это значит (§§ 142—143), что даже при полной беспорочности жены, муж может выживать жену, позоря ее до той степени, что она «возненавидит» его (§ 143) и вынуждена будет уйти от него, уступив, без вины, место другой. Но если жена виновна (в разорении дома или опозорении мужа), муж может отвергнуть ее, не давая ей разводной платы, или он может, не отвергая жены, взять другую, а первую жену держать как рабыню (§ 141). Муж вправе также отвергнуть жену, не родившую детей, но обязан дать ей при этом приданое и разводную плату в сумме брачного выкупа, а если выкупа не было — 1 мину серебра (если муж — мушкенум, то он платит лишь 1/3 мины, §§138-140)5.

Жена же не только не имеет права на развод в таких широких пределах, как муж, но и после смерти мужа вдова с малолетними детьми не может выйти замуж без разрешения суда (§ 177).

Затем, муж вправе давать развод и в других случаях, кроме тех, когда жена виновна или не родила детей. Муж вправе отвергнуть бесплодную жену, давшую ему возможность иметь детей от рабыни или свободную наложницу, родившую ему детей, (289) вернув отвергнутой жене приданое, часть поля и другого имущества для содержания детей — § 137). Но муж, не отвергнувший своей бесплодной жены, давшей ему рабыню и через нее— детей, не вправе взять себе наложницу (§ 144). Муж вправе также 1) не отвергая бездетной жены, не давшей ему наложницы-рабыни, взять себе свободную наложницу (на положение неровни с женой) и 2) не имея права отвергнуть жену, заболевшую проказой, вправе взять себе еще и другую жену, но если первая жена не согласится остаться, муж должен вернуть ей приданое и отпустить к отцу (§§ 145, 148—149) (В противоположность большинству древне-восточных законов, по Законам Билаламы (§ 59) за введение в дом второй жены при жизни первой муж карается —' если правильно наше толкование текста — потерей всего имущества в пользу оскорбленной первой жены. Если предложенное толкование текста правильно, то § 59 ЗБ вообще запрещает мужу развод без вины со стороны жены. Возможно, что это от личие от обычных вавилонских порядков объясняется воздействием соседнего Элама (засвидетельствованным для Эшнунны, с ее частично эламским населением, на разно образном материале), так как в Эламе, по-видимому, исключительно сильны были пере житки матриархата (вплоть до наследования по женской линии). Как Законы Хамму- раби (косвенным образом), так и Законы Липит-Иштара (§ 27, 28), напротив, разре шают мужу иметь вторую жену в случае бездетностп первой, хотя не на равных с ней правах; но, по законам Липит-Иштара, уличную женщину муж не вправе вводить в дом при живой жене, даже если эта женщина родила ему детей; он обязан, однако, содержать ее, а ее дети являются его наследниками (ЗЛИ, § 27). Если же, с целью ввести в свой дом блудницу, муж разведется со своей женой, то он должен дать ей повышенную разводную плату (так, по-видимому, можно заключить из ЗЛИ, § 30, несмотря на повреждения конца текста параграфа): это, очевидно, плата за бесчестие.).

Б. ЗХ регулируют подробно обязательства, связанные с брачным даром (библум) и выкупной платой (терхатум), внесенными будущему тестю женихом (По ЗБ выкуп (терхатум) возвращается его хозяину (т. е. внесшему выкуп) в случае смерти жениха или невесты; если жена умрет бездетной в доме мужа, то ее отец вправе получить то, что принесла его дочь, с процентами, равными обычным процентам, взимаемым при займе (§ 21 ЗБ). Аналогично Законам Хаммураби, §§ 159—101— ЗЛИ, § 29, но без отступного). Терхатум есть выкупная плата, вносимая женихом отцу невесты за нее, как за рабочую силу, которой лишается ее семья и которою усиливается семья и хозяйство жениха. Библум— как бы задаток, т. е. часть выкупа, вносимая вперед, как доказательство серьезности данного обещания обеих сторон заключить брак и как средство обеспечить выполнение этого обещания. Обеспечение это заключается в том, что библум (как и терхатум) остается в пользу тестя, если муж нарушит брачный договор, выбрав другую, и откажется взять девушку. Если же от договора откажется тесть (например, вследствие клеветы, возведенной на мужа его другом), то тесть обязан вернуть мужу библум в двойном размере, но друг мужа — клеветник не может жениться на его покинутой жене (§§ 159—161). Если от договора откажется одна из сторон уже после внесения терхатума, то наступают те же последствия: отказавшийся муж теряет терхатум, отказавшийся тесть платит двойной терхатум.

В. Обращаясь к юридической основе брака, мы видим, что здесь строго проводится основной принцип вавилонского права (раздел II, 1, Г,— «Основные черты права»): без договора нет брака. Хотя бы человек «взял жену», но если нет письменного договора, то «эта женщина — не жена» (§ 128). Если же договор заключен, то она — жена, хотя бы еще оставалась у отца, а он — муж, пока договор не расторгнут (не забудем, что браки заключались еще в малолетстве «супругов»). Если же расторгнут договор, то наступают последствия отступления от брачного договора, т. е. уплата «отступного» нарушителем договора, мужем или тестем. Это — не неустойка, как полагает проф. С. Ф. Кечекьян, ибо неустойка не вносится вперед, а платится после нарушения договора; ближе это к задатку в его значении отступного. Он вносится вперед и теряется внесшим его в случае нарушения им договора; если же нарушит договор получивший (290) задаток, то нарушитель возвращает задаток вдвойне. Это есть задаток в том его значении, что это — отступное. Здесь задаток понимается не в том его значении, что это есть вперед внесенная лишь часть возможных убытков другой стороны от нарушения договора и что поэтому и непокрытая задатком часть этих убытков должна быть дополнительно покрыта нарушителем. Напротив, задаток в значении отступного есть заранее выговоренный максимум ответственности нарушителя за отступление от договора (а не ее минимум) (1Аналогичны нормы ЗБ: и здесь без письменного договора с родителями невесты она «не жена», хотя бы прожила у мужа с год; но если жених дал выкуп, а другой по хитит невесту и принудит ее к сожительству, то похититель карается смертью; так же карается и жена за измену (§§ 27, 26, 28).).

Брачный выкуп не следует рассматривать как пережиток купли невесты, так как в предшествующий (шумерский) период истории Двуречья положение женщины было, по-видимому, более свободным по сравнению со старо-вавилонским периодом. Однако, несмотря на ряд своеобразных черт брачного договора, он приближается в старо-вавилонский период экономически именно к купле жены, как рабочей силы, и размер терхатума (выкупа) держался примерно на уровне цены рабыни на рынке.

Г. Чтобы смягчить возможное от этого умаление чести невесты и облегчить ее положение в новой семье, ее отец давал ее мужу приданое (шериктум). Приданое шло в семью мужа и служило как бы выделом дочери из дома отца, выделом ее будущей наследственной доли в ее старой семье; после ее смерти шериктум наследовался ее детьми (но не детьми мужа от другой жены). Если же, однако, она умрет бездетной до получения приданого мужем, а тесть возвращает мужу внесенную им выкупную плату, то муж не может требовать приданого от тестя; но если тесть не вернул мужу выкупной платы, муж сам удерживает ее из приданого, а остаток приданого возвращает тестю (§§ 163—-164; ЗЛ№,'§ 24). Приданое дается также дочери от заложницы либо отцом, либо братьями (после смерти отца — §§ 183—184).

Следует отметить, что довольно распространен был брак и без выкупа (терхатума), в особенности на бывшем шумерском юге. В каких случаях уплачивался терхатум и в каких — нет и каковы были исторические и экономические причины существования этих двух форм брака — пока не вполне ясно.

Без терхатума совершался, вероятно, брак свободной женщины с рабом дворца или мушкенума (§§ 175—176). Этот брак считался законным, и жене такого раба выдавалось приданое. Ей принадлежала половина нажитого в браке; другая половина рассматривалась как пекулий раба, и после его смерти отходила к его господину (Библум и терхатум вносились отцу невесты, и в этом точно выражена патриархальная природа семьи по ЗХ, в отличие, например, от менее развитого переходного строя семьи у хеттов, где выкуп вносился отцу и мптерп (пережиток матриархата). В противоположность мнению Крювелье (ук. соч., стр. 137 ел.), следующего Ван дер Мееру, терхатум не следует рассматривать как pretium virginitatis, уплачиваемый невесте-девушке. «Серебро ее терхатума), упоминаемое в § 138, как уплачиваемое му жем бездетной жене при разводе, следует понимать, как разводную плату в сумме брачного выкупа. Так же. в противоположность мнению Крювелье, следует указать, что и документы не дают указаний на принадлежность терхатума самой невесте, но лишь «дому ее отца»; так, в документах, опубликованных в ABRU, терхатум пере дается матеря невесты (отец, очевидно, умер, N° 2) или отцу и матери (№ 32); в документе Л° 3 терхатум получает сама невеста вместе со своим братом и сестрой, но лишь как наследники умерших родителей; в документе № 209 родители дарят полученный ими терхатум дочери-невесте, «привязав к ее поясу и возвращая (тем самым) ее мужу», как распорядителю собственности супругов. Наконец, любопытный документ № 36 сообщает о том, как некий человек освободил свою рабыню и отдал ее замуж (по-видимому, за зависящее от него лицо); чтобы не умалилось ее новоприобретенное достоинство свободной женщины, он принимает за нее символический брачный выкуп в 1 сикль серебра. Заметим, что обычная рыночная цена рабыни колебалась между 15 и сиклями, в среднем ближе к первой цифре, а величина терхатума, судя по документам,— между 4 и 60 сиклями серебра (точнее — 40 сиклей серебра плюс 1 раб).).

(291) Д. По ряду вопросов ЗХ устанавливают между супругами четкие имущественные правоотношения. Все подаренное мужем жене (поле, сад, дом и пр.) по документу с печатью остается ее собственностью и после смерти мужа, а дети ничего своего из этого требовать не могут (§ 150). Жена свободна от задержания по добрачным долгам мужа, если он выдаст ей об этом документ; от задержания свободен и муж по добрачному долгу своей жены; но по долгу, возникшему после брака, супруги отвечают перед кредитором совместно (§§ 151—152) (Судя по документам этого времени, женщины-жрицы имели одинаковые имущественные права с мужчинами: они могли совершать любые частноправовые сделки. Но и замужние женщины нередко выступают в сделках в роли контрагентов.).

Е. Хотя в большинстве случаев вавилонянин имел одну «супругу'» (hirtum. также assatum «жена»), однако в ряде случаев (бездетность) он мог иметь и вторую жену (S U.GI4-tum), иначе — свободную наложницу (§§ 137, 145 и 148). Такая вторая жена считалась женой (assatum) и для вступления ее в дом мужа требовались те же условия относительно письменного договора, как и за первую жену, за нее мог уплачиваться брачный выкуп и ей выдавалось отцом приданое. Однако она находилась в подчинении у первой жены; ее нередко заставляли делать черную работу. Дочь наложницы после смерти отца не имеет наследственной доли; но если ее отец не дал ей приданого и не выдал1 замуж, то это должны сделать ее братья (§§ 183—184).

Ж. Власть отца в Вавилонии, хотя и без права над жизнью и смертью детей (jus vitae necisque), была властью господина-рабовладельца в семье (Господство патриархального принципа было, однако, в Вавилонии на практике неполным: не только жена, но и сын могли частично иметь свое раздельное от мужа или отца имущество и были даже случаи договорных сделок между отцом и детьми). Он вправе был отдать жену и детей в долговую кабалу, отдать дочь в жрицы или блудницы, взять ей мужа, а сыну — жену (§ 166); он вправе был при жизни выделить долю для брака не только дочери (в виде шериктум). Hо и сыну на выкуп при женитьбе (§§ 165—166); он мог также лишить наследства сына (только с разрешения суда), за «тяжкий грех» (Если сын ударит отца, то ему должно отрезать пальцы» (§ 195).); отец мог своих детей от рабыни или лиц, им усыновленных (§§ 170, 191) признать равноправными детьми-наследниками (Иначе Законы Липит-Иштара (5§ 25—26); по ним дети рабыни, даже освобожденные своим отцом-господином, и дети рабыни, жившей в доме свого господина на положении жены после смерти первой жены, не наследуют отцу, хотя являются (в остальном равноправными) членами семейного хозяйства).

З. Особенно важно было в Вавилонии [как и на Востоке вообще) усыновление, как свободный акт отца, направленный на восполнение отсутствующего потомства или на пополнение существующего в целях укрепления семейного хозяйства (Законодательства до Хаммураби уделяют большое внимание случаям отрицания отцовства (по-видимому, приемным сыном). Отрицание сыном "отцовских прав” и карается обращением в рабство (ФШЗ, § 4; ШСЗ, § 1), а отрицание им материнских прав — изгнанием из общины (ЩСЗ, § 2). В ЗХ этому вопросу посвящен ряд параграфов (см. подстрочные примечания к §§ 185—193). Любопытно, что ШСЗ, §§ 3 и 4, а может быть, и ФШЗ, см. подстрочное примечание к § 5, карают и отказ от отцовства или материнства со стороны родителей (потерей всего имущества или даже изгнанием из общины). По-видимому, эти законы охраняют незыблемость установленного обычным правом порядка наследования в отцовском роде и прочность семейной общины). Человек, (292) не имевший сыновей, лишался посмертного культа, и, по верованию Вавилонии, душа его должна была страдать от голода и жажды в загробном мире. Поэтому усыновление имело также и исключительное религиозное значение и практиковалось весьма широко.

Согласно ЗХ, усыновление является безвозвратным: 1)если усыновленный был беспризорным, хотя родители его живы (§185); 2)если он обучен его peмеслу своим усыновителем ( §188); 3) если он усыновлен евнухом (который не может иметь родных детей, а следовательно, был бы, в случае утери приемного сына, лишен посмертного культа; поэтому за отказ усыновленного от сыновних отношений с евнухом 3Х предусматривает тяжелую кару (§ 192) '. Напротив, усыновление может быть отменило, если 1) найденыш (по-видимому, утерянный родителями без вины и их стороны, в противоположность § 185) обнаружит, после усыновлении, своих родителей (186); 2) если усыновленный ремесленником не обучен им его, ремеслу (что указывает ни отсутствие намерении у усыновителя сохранить его в качестве продолжателя своего хозяйства и рода, § 189; 3) если усыновитель не приравняет усыновленного в имущественном отношении и в отношении права наследовании к своим родним детям (§190).

Таким образом, ЗХ стоят на страже хозяйственного единства семьи. Усыновление, при которой приемный сын слился с приемной семьей в хозяйственном отношении, является безвозвратным; исключение делается лишь в том случае, если разрушение связей усыновленного с семейным хозяйством его родителей носило временный и случайный характер (§ 186). При безвозвратном усыновлении усыновленный полностью приравнивается к родным детям в отношении прав и обязанностей.

И. Документы этого времени знают также и так называемое «ненастоящее» усыновление, являющееся формой эксплуатации труда подростки из бедной семьи (ССД, стр. 30). Эта форма эксплуатации узаконивается § 189 — 190, которые допускают, что •усыновленный» может и не быть приравнен «усыновителем» в правах и обязанностях к родным детям. Формально устанавливая право ухода «ненастоящего» усыновленного, ЗХ фактически устанавливают право усыновителя изгонять его, обеспечив его лишь третьей частью доли в движимом имуществе одного сына-наследника (что означает в вавилонских условиях обычно сравнительно небольшую сумму), без права его на какую-либо недвижимость.

 

Наследование

 

А. Остановимся на важнейших чертах права наследования по ЗХ. Основным принципом здесь является наследование только и пределах семьи. Сыновья наследуют и равных долях как после отца, так и после матери, а дочери получают приданное, как выдел их наследственной доли). В случае выдела отцом при жизни подарка сыну (поля, сада или дома), сын имеет право после смерти отца получить сверх подарка долю наследства, равную с долей других детей (§163). Младший сын, не взявший жены при жизни отца, в праве получить из наследства равную долю со старшими братьями, взявшими себе жен при жизни отца, и сверх того получить серебро на выкупную плату за жену(§§ 163-166). Фактически это положение действовало только на севере Вавилонии, на юге (в бывшем царстве Ларсы старший сын, по обычаю, получал двойную долю (СВД, стр. 32).

В борьбе с пережитками матриархата ЗХ устанавливают, что дети одного отца от разных матерей «не должны делиться по матерям», а обязаны разделить имущество отца поровну, хоти бы среди них были дети от рабыни, уравненные отцом с детьми от жены (но сын жены вправе выбрать свою долю первым;. Если же дети рабыни не (293) уравнены отцом, то они и их мать, во всяком случае, получают свободу после смерти отца. Женa получает свое приданое и вдовью долю (пудуннум), а также,— если таковой имеется — дар, отписанный ей мужем по документу, и пользуется своим имуществом (в доме мужа), во не вправе его продать, так как оно останется ее детям. Если же муж не оставил жене вдовьей доли (пудуннум), то ей возвращается ее приданое, а выделяется наследственная доля, равная доле детей. За выживание матери из дома дети наказываются по суду, а мать остается в доме мужа. Если же она решит уйти, то вправе взять свое приданое, оставив свою вдовью долю; она свободна вступить в брак, и ее приданое унаследуют дети от первого брака, если она умрет бездетной во втором браке; если же она родит, то ее доги от обоих браков разделят поровну между собою ее приданое (§§ 167, 170—174) (Более жестко проводился классовый, рабовладельческий принцип в законах Липит-Иштара. Они не знают уравнения отцом детей от рабыни с детьми от законной жены, а знают лишь прижизненное освобождение отцом своих детей от рабыни и самой рабыни-наложницы. Такие дети но являются наследниками отца).

Б. ЗХ содержат не только нормы наследования по закону, но и еще не развитые элементы завещательного права (лишь в пределах семьи) в виде возможности лишать сына наследства (по суду) или, наоборот, увеличить его наследственную долю (§| 168—169, 165). Так, мы видели, что отец может, в нарушение равенства наследников по закону, «подарить» сыну еще и поле, сад ила дом (§ 165). Это не дарение между живыми и не дарение на случай смерти, ибо не требуется ни договора, ни согласия одаренного; это распоряжение наследодателя о посмертном преемстве нрав на его имущество, что близко к завещанию (и здесь имущество переходит < к наследнику лишь после смерти завещателя). Аналогично (но не тождественно, §150) право вдовы, получившей от покойного мужа дар по документу с печатью, оставить весь дар после своей смерти одному сыну (но не брату: и здесь мы видим борьбу с родовыми пережитками).

Женщина, связанная с храмом (жрица или храмовая блудница), обычно получает приданое от отца; если же она его не получит, то она пожизненно пользуется 1/3 своей наследственной доли (если она посвящена богу, но живет дома) или всей долей ( если живет в обители жриц); если братья откажутся ее содержать, то она может отдать свой надел в аренду. Во всех этих случаях (§§ 178, 180—181) ее наследниками являются только братья. Но отец может выдать ей документ на право свободного распоряжения своим приданым, и тогда она может после смерти отца отдать его, куда захочет (очевидно, и завещать любому лицу, § 179); если она жрица Мардука Вавилонского, то наследство свое (1/3 Доли) после смерти отца она, во всяком случае, вправе отдать, куда захочет (§ 182)'.

 

V . ПРЕСТУПЛЕНИЯ И НАКАЗАНИЯ

 

Уголовно-правовые нормы не выделены в ЗХ. Карательные нормы сопровождают и укрепляют другие нормы — о рабстве, собственности, обязательствах, семьи и браке и т.п. Соответственно этому, многие преступления и наказания по ЗХ рассмотрены уже выше, и здесь будут лишь коротко систематизированы некоторые общие о них замечания.

 

 

(303) Таковы основные черты государства и права по ЗХ.

Законы Хаммураби — классический памятник рабовладельческого законодательства и первый в истории свод законов, относящихся ко всем отраслям законодательства. Построенные на использовании всей правовой традиции древнего Двуречья, частично известной вам теперь по таким памятникам, как ФШЗ, 3Б ЗЛИ, законы Хаммураби представляют первую значительную попытку систематизации права по своеобразным в четко выраженным принципам, стоящим на высоте требований своей эпохи и последовательно проведенным по целому ряду институтов. Несмотря на казуистичность, эти законы изложены с огромной экономией выразительных средств (к сожалению, далеко не всегда достаточно поддающейся передаче в переводе) и с большой простотой (в противоположность сложности более примитивных законов), чем достигается иная для решения практических задач рабовладельческого государства ясность формулируемых норм.

Законы Хаммураби легли в основу всей правовой жизни Двуречья и изучались его юристами в течение более тысячи лет; они оказали также исключительно большое влияние на правовые воззрения других народов древнего Востока, что наглядно видно на примере библейского законодательства, особенно «Книга Завета»; Б. А. Тураев[1] замечает, что легендарная история библейских патриархов может служить иллюстрацией к законам Хаммураби, настолько в ней отражаются нормы, сходные с нормами этих законов. Влияние их сказывается также на известных нам средне-ассирийских и хеттских законах, но, несомненно, распространилось и на законодательство других народов, еще нам неизвестное; не исключена возможность, что через посредство, например, финикиян они могли влиять даже на греческое право и право других народов Средиземноморья.

Хотя законы Хаммураби предшествуют средне-ассирийским законам на три-четыре столетия и законам хеттов - на столько же или больше, библейскому законодательству в его наиболее ранних частях — на 800 лет, а Законам Ману — на две тысячи, тем не менее они во многих отношениях стоят выше их. Законодательство Хаммураби отличает от большинства перечисленных памятников почти полное отсутствие сакрально-религиозной мотивировки закона, четкое отделение правовых моментов от религиозно этических и реалистический подход к действительности с точки зрении интересов класса рабовладельцев. Во многом, в частности, в области регулировании частноправовых отношений Законы Хаммураби отражают более высокую ступень развития рабовладельческих общественные отношений, чем многие из более поздних древневосточных законодательств и по степени разработанности ряда категорий значительно выше таких памятников рабовладельческого Запада, как, например, законы XII таблиц. В ряде юридических вопросов законы Хаммураби подходит к решению задач, которые оказались под силу лишь юристам Рима па наивысшем этапе развития античного рабовладельческого общества.

Законы Хаммураби наглядно разрушают распространенное в буржуазной науке мнение о том, будто Восток всегда был по отношению к Западу только берущей стороной и не мог возвыситься даже до среднего уровня развития западных цивилизаций древности.

 


[1] Б. А. Т у р а е в, История древнего Востока, т. 1, Л;1935, стр.113.


Дата: 2019-12-22, просмотров: 245.