Выдающиеся педагоги, раскрывшие музыкально – сценические   возможности  молодой певицы – актрисы

Через год Татьяна одна уезжает в Ленинград и берёт частные уроки у Шведовой. В 1932 году, при огромном наплыве поступающих (её проба состоялась, как она рассказывала, в час ночи) пройдя конкурсные испытания она была принята в Государственный музыкальный техникум имени Н.А. Римского-Корсакова в класс Ольги  Виргильевны  Нардуччи.

                      

                     ПЕДАГОГ ВОКАЛА – Ольга Виргильевна Нардуччи

Лавровой был 21 год. Начался новый этап её жизни. «Она впервые столкнулась практически с вопросами методики вокального искусства, стала работать над дыханием, над звуком, изучать теорию музыки, усваивать музыкальную литературу» [4,с.12]. Татьяна была очень требовательна к себе. Оттачивая мастерство, доводила музыкальные фразы до совершенства. Поэтому всегда понимала, что у неё хорошо получается, а над чем ещё надо поработать. Если её саму что-либо не устраивало, она тщательно анализировала ситуацию и упорными репетициями всегда достигала желаемого. Таня с головой окунулась в учёбу, но не рассчитала своих сил и заболела. Её отправили в Крым на лечение, что принесло  положительные результаты. Настойчивое желание, стремление посвятить себя музыке и природный талант победили: в 1934 году она была принята в Ленинградскую консерваторию.

                                  

Ленинградская консерватория

Её зачислили в класс профессора Е.А. Бронской. Бронская-Макарова Евгения Адольфовна (1882 – 1953) оперная и камерная певица (лирико-колоратурное сопрано). Преподавала в Ленинградской консерватории в 1923–1950 гг. сольное пение в 1926 – 1950 гг.,  профессор.

Однако, развиваясь как музыкант, студентка стала испытывать величайшие затруднения в своём музыкальном развитии. Педагогическая система преподавания Е.А. Бронской не подошла Татьяне. Два года прошли в надеждах и сомнениях. Певческая карьера оказалась под угрозой. Однажды, присутствуя на занятиях профессора С.В.Акимовой, Татьяна поразилась её методам звукоизвлечения и приёмам пользования дыханием. По собственным словам Лавровой у неё «точно открылись глаза». Акимова находила строго индивидуальный подход к каждому студенту. Вот, что впоследствии об этом эпизоде написала Нелли  Ли в своей книге «Об учителе с любовью»: «Сколь питательна была почва вокальной и человеческой школы Софии Владимировны, особенно ярко подтверждает судьба её любимейшей ученицы, моей консерваторской учительницы и близкого друга Т.Н. Лавровой… Вся её счастливая судьба была сотворена С.В. Акимовой и её мужем И.В. Ершовым. До третьего курса консерватории Татьяна Николаевна испытывала большие трудности в технической и вокальной подготовке. Учась в другом вокальном классе, она потеряла все красивейшие природные верха своего сопрано. Случайно… получила разрешение послушать занятие в классе Акимовой. Акимова-Ершова Софья Владимировна (1887–1972) оперная  и камерная певица (лирико-драматическое сопрано). В 1919–1925 и 1929–1952 гг. преподавала в Ленинградской консерватории сольное пение, в 1939–1952 гг., профессор. И там она неожиданно услышала ценнейшие рекомендации о нижнерёберном  дыхании, об ощущении высокой позиции, о памяти носового вдоха и других деталях звукообразования! Причём очень подробно перечислялось, что именно нужно делать с голосовым аппаратом…студентка была в таком изумлении, что никуда уже не хотела уходить. «Перевод из другого класса был очень драматичным, но я добилась его…»рассказывала впоследствии сама Татьяна Николаевна»[16,с.10,18–20].

 

Е.А. Бронская                               И.В. Ершов                                    С.В. Акимова

Лаврова просит Акимову принять её в свой класс. Та, в свою очередь, уже сама «приметила силу и своеобразие дарования «трудной» студентки» [4,с.13]. Чуть раньше, зайдя случайно в класс сценического движения, руководимый заслуженным артистом В.В.Максимовым, она застала сцену из пьесы И.С.Тургенева «Месяц в деревне». Занимались студенты - вокалисты. Внимание Акимовой привлекла «девушка, в движениях и интонации которой было большое природное сценическое дарование» [4,с.13]. На вопрос: «Кто это?» ей назвали Лаврову.

В другой раз Акимова случайно услышала, как Лаврова исполняла ариетту Снегурочки из одноименной оперы Римского – Корсакова.

 

               

        Т.Н. Лаврова – Снегурочка                                                В.В.Максимов

     («Снегурочка» Н.А. Римского-Корсакова)                     

                                           

     Её сильно впечатлила «музыкальность исполнительницы, верная и тонкая манера в ускорении и замедлении тембра, в усилении и ослаблении звука…» [4,с.13]. Большая мягкость и ласковость в поведении Лавровой в роли Снегурочки, искреннее пение, естественные движения и выразительная мимика, слились в единое целое и создали цельный вокально-драматический образ. Она умела придать своему исполнению какое-то внутреннее озарение. Видя тяжёлое состояние, в котором находилась молодая певица, Акимова дала согласие на принятие Лавровой в свой класс. Это совпало с переходом студентки на третий курс. «Начался труднейший процесс коренной ломки всей методики обучения. Весь первый год пришлось посвятить элементарным упражнениям. При этом долго не давалось достижение ровности звука; особенно при переходе с ноты на ноту в центре второй октавы» [4,с.13]. С.В. Акимова окончила Лейпцигскую консерваторию и получила профессиональное фортепианное образование. Лаврова стала её лучшей и любимой ученицей, впоследствии вспоминала, что несколько раз выступала под аккомпанемент своего профессора. Несмотря на то, что музыкальная квалификация Акимовой допускала преподавание и вокала и фортепиано, Софья Владимировна не считала себя вправе быть наставником по двум дисциплинам. В исполнительской и педагогической жизни профессор выбрала вокальное искусство и оставалась верна ему. Акимова не только профессионально владела фортепиано, но и обладала колоссальными музыкально-теоретическими знаниями. Можно только сожалеть о том, что в настоящее время при подготовке вокалистов иногда не предполагается даже элементарное владение фортепиано, «что не даёт возможности понимания и проникновения, хотя бы на самом общем уровне, в художественные аспекты партии аккомпанемента» [21,с.353]. «Кроме обычных занятий по специальности, С.В.Акимова вела, специально разработанный ею курс вокальной методики… Свой огромный творческий опыт… она передавала молодым певцам и певицам. Вокальная педагогика была вторым призванием. <…> Её класс был одним из лучших в Ленинградской Консерватории»[22,с.47]. Т.Н. Лаврова, когда уже сама стала профессором  консерватории, вспоминала о своём педагоге: «Софья Владимировна учила нас не только вокальной технике, но и умению правильно понять замысел композитора.<…> Оберегала нас она от искажения стиля, приучала к серьёзному и глубокому проникновению в сущность музыкального произведения» [12,с.352].

Лаврова была крайне дисциплинирована, жёстко соблюдала вокальный режим. Для полного усвоения принципов новой для неё методики, сознательно осталась на второй год на третьем курсе. Одновременно училась в оперном классе под руководством дирижёра Б.О. Нахутина. Нахутин был ярчайшим явлением в истории концертмейстерского мастерства. В своих воспоминаниях Татьяна Николаевна восторженно и очень по-доброму высказывалась о нём: «Изумительное ощущение формы, эмоциональная насыщенность и какое-то особое прикосновение его волшебных рук к клавишам рояля создавали впечатление оркестрового звучания»[12,с.352]. Лаврова с каким-то благоговением относилась к своим педагогам и сама была у многих любимой ученицей. Она продолжала заниматься в классе камерного пения у профессора А.Б. Меровича, и сценическим движением у В.В.Максимова и вскоре уже с успехом выступала в оперных отрывках, исполняемых под рояль, в костюме и гриме на эстраде Малого зала консерватории (зала имени А.К.Глазунова).

Дата: 2019-04-22, просмотров: 31.