Глава 4. Поля внутри полей: частот и нейронов

 

Мое сердце стало способно принять любую форму: оно и пастбище для газелей, и монастырь для христианских монахов…

Ибн-АРАБИ, 1165–1240

 

Сердце человека принимает участие в создании электромагнитных полей внутри электромагнитных полей, расположенных по принципу вложенной голографической иерархии. В рамках этой системы целостная форма содержится в каждой её части и функционирует как комплексная динамика. Мэй Ван Хо, доктор биологии, читающая лекции в Открытом университете Англии, изучает гармонию, свойственную каждому живому существу, основываясь на "эмпирических открытиях, сделанных в её собственной лаборатории, равно как и на исследованиях в лабораториях по всему миру". Она пишет, что "наиболее существенным доказательством согласованности в жизни организма является открытие, сделанное в 1992 году, что все живущие организмы — это жидкие кристаллы"[18].

В этом контексте понятие "согласованность" относится к тому факту, что триллионы клеток и мириады частиц, вмещающих их, функционируют вместе как единое целое и образуют загадочное и великолепное явление, именуемое "Я". Вынужден напомнить себе, как дилетанту, да и читателям, что словом "организм" биолог Мэй Ван Хо называет меня — человека, сидящего здесь за клавиатурой, — и вас, читающих этот текст. Все мы не просто часть исследовательского материала на предметном стекле микроскопа, но и те, во имя кого проводится это исследование.

Мэй Ван Хо продолжает: "В созданных нами цветных образах, от которых захватывает дух, можно увидеть, что деятельность организма полностью управляется в процессе последовательного перехода с макроскопического уровня на молекулярный. Организм является куда более согласованным механизмом, чем мы можем себе представить в самых смелых мечтах. Каждая его часть связана со всеми остальными посредством динамической, настраиваемой, отзывчивой, текуще-жидкой кристаллической средой, которая проходит через все тело — от органов и тканей до ядра каждой клетки. Жидкокристаллическая природа сообщает организму качество гибкости, исключительной чувствительности и отзывчивости, оптимизируя тем самым скоростную взаимосвязь, которая позволяет организму функционировать как гармоничное целое".

Когда когерентный результат работы живого существа путем затрат крови, пота и слез получает власть над миром, позволяя давать имена животным и звездам, внутренним органам человека и атомам, он становится источником вдохновения поэзии и песен.

Далее, Мэй Ван Хо делает ещё одно наблюдение, подтверждающее соображения, высказанные в первой части этой книги: "Тело становится видимым там, где волновая функция организма наиболее плотна. Невидимые квантовые волны исходят от каждого из нас, проникая во все другие организмы. В то же время в каждом из нас находятся волны от других организмов, которые втянуты в нашу структуру. Все мы участники постоянно разворачивающейся драмы созидания. Мы непрерывно принимаем участие в процессах создания и воссоздания самих себя и других организмов вселенной, формируя общее для всех нас будущее, превращая мечты в реальность и воплощая в жизнь наши возможности и идеалы".

Биологическая наука довольно сильно изменилась за последнее время, хотя официальные институты, направляющие и контролирующие эту науку, удерживали эти изменения на периферии. Линн Маргулис, занимающая должность заслуженного профессора ботаники в Университете Массачусетса в Амхерсте, сделала следующее наблюдение, опубликованное в 1988:

"Все больше и больше уподобляясь средневековым монастырям, сегодняшние университеты и профессиональные общества охраняют в тайне накопленные знания. По тайному сговору университетский курс изучения биологии, книжные издатели, Национальное ученое сообщество, наблюдательные комитеты, экзаменаторы, а также различные микробиологические, эволюционные и зоологические общества строго очертили области познанного и познаваемого. Они отделили востребованное знание от запрещенного, осторожно наказывая перебежчиков отрицанием и забвением; они награждают преданных начетчиков официальной версии раздачей степеней и учреждением фондов и братств. В предписанных границах преподаваемых дисциплин университеты и академии определяют, кому позволено узнать и что именно позволено узнать" (Линн Маргулис "Трагедия биологии" в журнале "Занимаясь наукой", Джон Брокман (Нью-Йорк, 1988), стр. 213).

Мэй Ван Хо и Линн Маргулис представляют растущую волну нового поколения биологов, которые разрушают сдерживающие границы для того, чтобы вывести науку биологии на новый уровень. И именно этому росту сопротивляются стражи установленных границ, что типично для всех организаций.

 

Сфера возможного

 

Использование слов "сфера", или "поле", обозначает стремление человеческого сознания к объединению разрозненных событий для создания из них некоего союза, духовной категории, обобщения, что переводит очевидный хаос природы в упорядоченность человеческого мышления. Существуют: область медицины, сфера законодательства, образовательная сфера, сфера знания, а также орбитальное или волновое поле частиц, поле потенциальной энергии, нервные области мозга, звездные поля. Все духовные, физические, эмоциональные, религиозные, психические, неординарные или, наоборот, обычные переживания происходят в полях или образуют их. Поля в качестве хранилищ памяти или жизненного опыта становятся источником потенциальных возможностей, творцами мыслей, с помощью которых человек сам себе объясняет свои творения или придумывает новые. Никакое поле нельзя ограничить завершенной системой, хотя интеллект постоянно стремится к тому, чтобы окончательно определить границы для вновь созданного поля. Как указывают Рудольф Штайнер и поэт-философ Гете, человеческий разум, будучи неким полем, безграничен. Для работы мысли нет пределов, как нет границ и для пути, к которому она может привести. И человек непрестанно стремится к открытию всех измерений собственного "Я" и определению этого бесконечного сознания. К примеру, множество существующих определений божественного начала и все те определения, которые придумал человек для объяснения Его (Ее или Этого), являются, по сути, игрой воображения, стремлением завершить обсуждение этого бесконечного процесса. "И некуда Сыну Человеческому приклонить голову", как заметил величайший из созданных Богом творений, — обстоятельство, игнорируемое той силой разума, которая стремится как можно быстрее решить все вопросы.

Возможности поля заявляют о себе, иначе говоря, — проявляются во внешнюю среду — только посредством связанного с ними нервного поля мозга. Нервное поле — это совокупность нейронов, связанных друг с другом таким образом, что поле может передавать совокупность конкретных частот и давать изображение человека в контексте надлежащего восприятия понятий или событий. Нервные поля не стоят ничего без полей потенциальных частот, которые они могут преобразовывать в жизненный опыт, а такие частоты ничего не стоят без нервных полей, которые переводят их на практический уровень. Эти два вида полей дают друг другу жизнь (еще один вариант творческой динамики отношений создатель-созданное), хотя, что из них появится первым, будет невозможно когда-либо определить.

Важно отметить, что поля не существуют в качестве неких реальных сущностей, за исключением идей разума. "Поле возможностей" существует только как динамическое взаимодействие с нервным полем в голове. В данном случае динамика означает, что действие идет в обоих направлениях: от поля к полю, от возможности к ощущению и к реакции получателя, а затем обратно к полю.

Нейрон состоит из материи крайне непрочной; эта материя представляет собой совокупность особых частот, неважно, насколько неуловимых. Частоты объединяются таким образом, что становится возможно переводить другие частоты на резонирующий ответ, который ещё более неуловим и необъясним — это сознание как оно есть. Физик Дэвид Бем говорил о сознании как о явлении, которое выражает себя как материю и/или как энергию.

Значение понятия "сознание" было предметом, который пытались понять в течение долгого времени, и до сих пор оно остается столь же загадочным, как и понятие "разум". Понятие "мозг" более отчетливо. Мозг не имеет ограничений в возможностях накопления жизненного опыта, поскольку он обладает сотнями биллионов нейронов, каждый из которых может связаться с более чем сотней тысяч других в переплетении взаимодействий полей, и с триллионом или более глиальных клеток, которые помогают частотам пульсировать для трансляции. И, если вы помните, у полей, доступных этим конструкциям, также нет ограничений, потому что тот же самый мозг может создавать передающие поля. В самом деле, мы пожинаем то, что сеем, вне зависимости от того, отдаем мы себе в этом отчет или нет, хотя процесс посева происходит бессознательно.

Поля информации и разума создаются с помощью человеческой деятельности, и в действии этих частотных полей может принимать участие любое число людей. Совершенно случайно в одной и той же области науки, скажем, в математике, химии или механике, двумя учеными, ничего не знавшими друг о друге, жившими в разных частях планеты, было сделано одинаковое открытие. Мэй Ван Хо описывает этот феномен на языке собственных понятий и называет причинами его жидкие кристаллы, невидимые квантовые волновые функции и прочие до сих пор неизвестные факторы. Никто из нас точно не знает, о чем именно идет речь, но все мы вынуждены попытаться описать и объяснить самим себе волшебные свойства собственного разума.

 

Существует ли поле?

 

Никому и никогда не удастся наблюдать поле само по себе, ибо, как уже говорилось, полей как физически ощутимых сущностей в природе нет. Поле не может быть отделено от себя же и потому не может существовать физически. Возможности поля нельзя отделить от него самого. Тем не менее, это происходит с каждой попыткой абстрагироваться, с каждым избирательным нервным действием, связанным с событием на поле, транслирующем это событие. Таким образом, поле квази-универсально: поля медицины не существует, а доктора есть. Медицинское поле проявляется через доктора, это его особенное и обособленное выражение. Поле существует в качестве доктора, однако последний не является полем, поскольку его, как такового, нет. Я избирательно предоставляю некоторым полям возможность существования, и они дают мне мою. Мы как бы способствуем росту друг друга. И в то время, как в системе координат нашего существования поля относятся к стороне создателя, созданное — вы и я — может, в свою очередь, создавать другие поля. Помните, что каждая из этих движущих сил — это улица с двусторонним движением.

На голографической фотографии любой фрагмент фотопластинки содержит всю голограмму, однако, чем меньше деталь, тем менее четкое изображение. Но даже при таких условиях люди, обладающие острым зрением, могут видеть: Блэйк видел целый мир в песчинке, Муктананда в каждом видел Бога, а Иисус, утверждавший, что "никому не дано увидеть Отца", говорил также, что "тот, кто видит меня, видит и Отца моего". По сути, между частью и целым нет большой разницы, но часть — это не целое, хотя составляющая.

Математика, музыка, язык, пространственные знания и тому подобное, выделенные Говардом Гарденером как сложные составные сведения, являются мощными полями с бесчисленными меньшими полями, входящими в их состав. Список Гарденера едва ли исчерпывает все эффекты (или информацию), производимые полями, к которым у нас есть доступ, потому что все мысли, ощущения, представления, творчество, открытия и личные воспоминания связаны, происходят или проходят через воздействия таких полей. Поля складываются из им подобных полей, как птицы из одинаковых перьев.

Физики нового поколения говорят о возможности, которая становится реальностью с помощью наблюдения. Наблюдатель и наблюдаемое — это участники возвратно-поступательного движения, в результате которого создаётся поле, несуществующее и неощущаемое, хотя силы, которые его порождают, действительно существуют и их можно увидеть.

Объединение фонем, или поле 42-х фонем, — универсальная основа всех языков, но существует только тогда, когда оно востребовано языком или речью. Мать говорит, и плод в её утробе отвечает движением. Фонематическое объединение возможностей выражается матерью и её моделью поведения, и эта возможность активизируется, или, иначе говоря, ей придается форма в новой сети мозга-сознания-тела. Языковое поле находится и не в мозгу, и не в какой-либо другой гипотетической эфирной сфере или электромагнитном спектре либо в генах или в сознании Бога. Поле проявляется в виде процесса использования, употребления, в творческом акте речи или мысли.

Получается, что поле существует только в качестве составляющих его частей, отделенных от целого. Количество использования или разделения частей не может уменьшить поле, поскольку оно существует не как явление, а только как функция. Представьте себе воображаемый набор бесконечной серии чисел: можно вычесть из него множество чисел, не меняя природы самой серии, которая остается бесконечной и нетронутой. Ни разделение, вычитание или математическое выражение не уменьшают объемов поля, хотя никакое поле и не существует без подобного разделения.

У Кьеркегора молящийся человек в исступлении вопиет: "Даже падение воробья трогает Тебя, но ничто не меняет Тебя!". Создатель находится внутри каждого аспекта созданного и принимает в нем самое непосредственное участие. При этом он не является суммой всего созданного и не меняется под воздействием какого-либо его аспекта. И хотя мельчайшее движение моего сердца к Богу приближает Бога к моему сердцу, меняется только мое богоподобное сердце, а не Господь.

Бернадетта Робертс описала свой мистический опыт, пережитый ею наяву в Сьерра Неваде. Она охарактеризовала этот опыт как ощущение великолепной, ошеломляющей и потрясающей мудрости, наполняющей всю природу и вселенную. Подобный мистический опыт является слиянием матрицы личностного поля с матрицей вселенной. В состоянии полного пробуждения личность воспринимает одновременно и свое поле, и поле вселенной. Мистический опыт — это точка пересечения кривых существования и небытия.

Сюзанна Сегал писала о собственном слиянии с "бесконечностью" и открытии того, что бесконечность воспринимает собственную вселенную с помощью её личной системы чувств, которая в этом случае является сенсорной системой самой "множественности". По сути, Сегал осознала, что вселенная воспринимает сама себя, но без нее это восприятие не случилось бы.

 

Укрепляет ли действие поле?

 

Кажется, что сила поля возрастает с помощью происходящего в нем действия. Как и в личной памяти человека, любое самовыражение поля влияет на увеличение и усиление этого самого поля — чем больше память используется и чем больше она получает, тем больше её отдача и тем легче становится доступ к ней, по принципу — "да не оскудеет рука дающего" — и пока природа этого "большего воздаяния" носит характер случайности, её функция жизненно важна. Иисус был полон надежды создать такой эффект воздействия, который позволил бы каждому его последователю укрепиться самому и укреплять свой путь. Он сказал: "Я уготовлю вам место". Его "место" — это функция создателя-создания. С помощью этой динамики все мы можем сеять свой маленький ветер и после пожинать бурю.

Том Хартманн писал, что его наставник и учитель — Готтфрид Мюллер — убеждал его искать возможность проявить акт сострадания втайне: акт, который был бы личным, интимным и скрытым от посторонних глаз. Акт сострадания, проявленный публично, совершается исключительно ради общественного признания, вне зависимости от того, насколько деликатно или завуалировано "актер" принимает это признание. В дальнейшем это публичное признание является наградой "актера". Совершенный в абсолютной тайне, ради сохранения самого сострадания, личный акт сочувствия усиливает область сочувствия — сферу, которая, к сожалению, отсутствует на нашей планете. Иисус противопоставил скромную лепту вдовы, поданную втайне, милостыне, раздаваемой могущественным фарисеем, чьему появлению в храме предшествовали звуки фанфар. Великолепный жест щедрого дара и добродетели был виден всем. "Он получил свою награду", отметил Иисус. Наградой, впрочем, было лишь общественное признание и последовавшее за ним возвеличивание самого фарисея.

Общение между людьми — это публичная и прекрасная игра, а связь между человеком и его полем — явление скрытое и интимное: оно происходит в тайне — а по результатам эта игра является намного более значительной и содержательной. Каждая негативная мысль, которую я вынашиваю у себя в голове и считаю сокрытой в своем личном потайном месте, в действительности укрепляет негативную сферу, окружающую мир, мне неведомый, где тайная дурная мысль провозглашается во всеуслышание. Каждый раз, как я оплакиваю жестокий мир, в котором страдаю, я оказываю поддержку и делаю вклад в негативное поле мира с помощью своих сожалений. И, в конце концов, мое "тайное место" в голове перестает быть секретом.

Похожим образом я использую поле математики каждый раз, когда пытаюсь подвести баланс в своей чековой книжке, и что неведомо для меня, возвращаю полю свои неуклюжие усилия, счета на пальцах. По сути, это может быть тем же общим полем, выдуманным нашими древними предками. В течение веков это поле выстраивали Пифагор, Кантор, Виттгенштейн, Пуанкаре, Эйнштейн и так далее, и так далее. Любая математическая формула может выразить собственное поле, но никакая математическая формула не может полностью выразить математику и исчерпать возможности поля. Каждое взаимодействие усиливает поле, от которого само действие и начинается или с которым оно связано. По мере использования нервных полей усиливаются поля потенциальных возможностей.

Сама культура является полем (совокупностью идей), объединяющим разрозненные идеи в согласованное и мощное целое. Контркультурное движение всегда в конечном счете усиливает культуру, хотя оно и может пошатнуть некоторые её основы. После подобной "революции" культура остается нетронутой. Само по себе поле сохраняется неповрежденным, его содержимое случайно, поскольку оно может включить любой наполнитель в свои формальные составляющие и последовательно изменять их. Нам казалось, что мы можем по-настоящему изменить историю протестами против войны во Вьетнаме, однако "опухоль" насилия, возникшая в той войне, просто сменила свое местоположение и ныне распространена намного больше, чем раньше. Культура в совершенстве использует предложение нашего великого Учителя "быстро соглашаться с противником", в результате чего любая попытка изменить культуру автоматически становится её союзником, и потому у нее не оказывается врагов. Как и сердце, культура может принять любую форму. Наше государство со своими Библиями, флагами и военным потенциалом не что иное, как единое проявление культуры, поля со множеством обликов, которое использует все и вся для все большего и большего развития и роста.

 

Дата: 2019-04-23, просмотров: 3.