ДУХОВНАЯ ПРАКТИКА В БХАКТИ И ХАКИКАТЕ

4.7. Поклонение образу Бога

В ведической культуре Бог изображается как прекрасный юноша, и люди издревле поклоняются Ему в форме божества (скульптурного изображения). Считалось, что раз Бог присутствует во всем, то Он может присутствовать и в Своем изображении. Поклонение божеству практиковалось как своего рода репетиция с целью подготовить человека к служению Богу в духовном мире. В мусульманской же культуре, несмотря на существование хадиса Пророка Мухаммеда о том, что он встретил Аллаха «в форме прекрасного юноши в шапке набекрень», изображения Бога категорически запрещались. Таким образом, поклонение божеству расценивается в традиционном Исламе как идолопоклонство. Суфизм, признавая личностный аспект Бога, не практиковал поклонение божествам, хотя и не осуждал его. Персидский суфий Махмуд Шабустари писал:

«Если бы мусульманин знал, что такое идол,

Он понял бы, что в идолопоклонстве присутствует религия.

Если бы идолопоклонник знал, что такое религия,

Он понял бы, где он сбился с пути.

Но он зрит в идоле лишь осязаемое творение –

Вот почему он, согласно исламскому закону, язычник» [144] .

В ведической традиции также есть высказывания о том, что человек, который видит в божестве только камень («осязаемое творение»), достоин отправиться в ад. Иначе говоря, поклонение божеству есть внутренний акт служения изначальному Богу, и разница между идолопоклонством и настоящим поклонением только в том, как человек смотрит на божество, с каким сознанием склоняется перед ним и с какими мыслями обращается к нему.

4.8. Медитация на имена Бога

Медитация на имена Бога в ведической традиции

Согласно ведической традиции, основной духовной практикой на этом уровне является медитация на имена Бога. Эти имена представлены в Ведах в виде мантр – особых стихов, которые обладают способностью очищать ум от мыслей о чувственных наслаждениях. Чтобы мантра дала полный эффект, необходимо получить ее от духовного учителя в процессе посвящения.

Ведическая теология подразделяла имена Бога на главные и второстепенные. К второстепенным относились те имена, которые характеризуют отношения Бога с материальным миром: Сришти-карта – «Творец вселенной», Джагат-пати – «Правитель вселенной», Брахман – «Высший дух», Параматма – «Высшая душа вселенной», Ишвара – «Господин», Вишну – «Вездесущий». Главные имена Бога описывают Его отношения в трансцендентном мире. Это такие имена, как Кришна – «Всепривлекающий», Говинда – «Дарующий счастье чувствам и коровам», Рама – «Всерадующий», Хари – «Тот, кто уносит печали», Мадхусудана – «Победитель демона сомнений» и многие другие. Иерархия имен Бога отражена в ведическом трактате «Шата-нама-стотра»: «Один лишь звук имени Вишну лучше, чем все Веды. Одно имя Рамы равняется тысячу раз произнесенному имени Вишну». В другом ведическом произведении, «Брахманда-пуране», также описывается их соотношение: «Благие плоды, которые приходят к живому существу благодаря трижды произнесенной тысяче святых имен Господа Вишну, может принести один раз произнесенное имя Кришны» [145] .

Значение воспевания имен Бога подчеркивается в «Кали-сантарана-упанишад»:

«В этот век вражды и лицемерия нет иного пути, кроме воспевания имен Бога.

Внимай же тому, что все Веды держат в секрете и с помощью чего возможно вырваться из круговорота рождений и смертей. Тот, кто просто повторяет имена изначального пуруши, Господа Нараяны, легко освобождается от неблагоприятного влияния Кали-юги.

Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе – эти шестнадцать имен способны устранить всё неблагоприятное из жизни человека. В Ведах не найти более возвышенной духовной практики, чем повторение этих имен».

Медитация на имена Бога может быть как коллективной, так и индивидуальной. Индивидуальная практика включает в себя самостоятельное повторение мантры на четках (джапа). Коллективная практика представляет собой совместное пение мантр с музыкальным сопровождением и танцами (киртан).

Тот, кто занимается этой практикой, должен культивировать умонастроение полной зависимости от милости Бога, смирение и готовность оказать почтение каждому. Надежда на милость Бога называется в вайшнавской традиции аша-бандха, «надежда без надежды». Человек, который стремится развить в себе бескорыстную любовь к Богу, считает себя самым неподходящим кандидатом для такой милости, однако, вопреки всякой логике, надеется на милость Бога, воспринимая Его как самого милосердного, любящего и всепрощающего друга.

 

Медитация на имена Бога в суфийской традиции

Зикр – медитация в мусульманском мистицизме, так же как и в Ведах, считается основным путем к обретению божественной любви. Зикр (араб. «поминание») – это многократное произнесение молитвенной текстовой формулы, в которой есть имя Аллаха. Суфии называют зикр «столпом, на котором зиждется весь мистический Путь».

Известный хадис гласит: «Для всякой вещи есть средство полировки, счищающее ржавчину, и для сердца это поминание Аллаха».

Во время произнесения зикра человек может совершать особые ритмизированные движения, принимать определенную молитвенную позу (джалса) и контролировать свое дыхание. Различают такие виды зикра, как зикр джахри («поминание вслух») и зикр хафи («мысленное поминание»). Совершать поминание можно было либо в одиночестве, либо на общих собраниях суфийской общины (маджлис аз-зикр). Правила коллективного зикра в некоторых братствах предписывают их участникам определенные позы и контроль над дыханием. Это своего рода литургия, которая начинается с произнесения коранических аятов или молитв, завещанных основателем братства.

В назидание вступившим на путь суфия шейх Хамадани рассказывал историю тайной молитвы Пророка Мухаммеда по поводу установления священного зикра. Однажды Пророк собрал своих любимых учеников Али ибн-Абу Талиба, Абу Бакра ас-Садыка, Омара ибн-аль-Хаттаба, Османа ибналь-Авфана и Аннаса ибн-Малика, чтобы научить их новой, ниспосланной ему Аллахом молитве, зикру. Он заключил с ними духовный договор и открыл им силу зикра (тайный зикр совершается суфиями по трем предписаниям Корана: «Вспомни своего Господа, когда ты забудешь» (18:23); «поминанием Аллаха успокаиваются сердца» (13:28); «вспоминайте Аллаха частым упоминанием и прославляйте Его утром и вечером!» (33:41) На зикр у суфиев опирается весь мистический путь. Только регулярное отправление зикра приводит мистика в состояние «приближения к Богу» [146] .

На уровне хакиката, когда целью было развитие божественной любви к Аллаху, объектом медитации – зикра – были имена Аллаха категории лутфийа – связанные с красотой и милосердием Бога.

Суфийские учителя утверждали, что зикр – первый шаг на пути любви: когда кто-то любит кого-то другого, ему нравится повторять имя своего любимого и постоянно помнить о нем. Таким образом, медитация на имя Аллаха открывала мистику Его духовный образ. Важность медитации на имя Аллаха в суфизме иллюстрирует следующая история о Сахле ат-Тустари:

Сахл сказал одному из своих учеников: «Постарайся на протяжении одного дня непрестанно повторять: „О Аллах! О Аллах! О Аллах!“ – и делай это на следующий день и еще, и еще, пока ты не привыкнешь произносить эти слова». Потом он велел ученику повторять эти слова и ночью, пока тот не усвоит их до такой степени, что будет проговаривать эти имена даже во сне. Затем он сказал: «Пусть все твои способности будут вовлечены в памятование о Боге». Ученик делал так, пока полностью не погрузился в мысли о Боге. Однажды, когда он находился в своем доме, на него свалилась прогнившая балка, оцарапав ему голову. Капли крови, которые скатились на землю, соединились в надпись: «Аллах! Аллах! Аллах!» [147]

Громкое воспевание имен Аллаха считалось лучшим методом медитации, поскольку этот метод позволял мистику избавиться от всех материальных отождествлений и желаний. Один человек сказал Абу Усману альХири: «Я поминаю Бога языком, но мое сердце не дружит с поминанием». Усман ответил: «Будь доволен, что хотя бы одна из частей твоего тела ведома напрямик. Потом твое сердце тоже придет в согласие с ней» [148] .

Во всех школах мусульманских мистиков основой считалась медитация на девяносто девять божественных имен. Во время медитации суфии перебирали четки с девяносто девятью бусинами, повторяя на каждой из них определенное имя Аллаха, начиная с «Йа Рахман Йа Рахим» – «О Милостивый, О Милосердный» и заканчивая «Йа Сабур» – «О Терпеливый». Также практиковалась медитация на определенное имя Аллаха в зависимости от отношений, к которым стремился суфий. Например, мистики повторяли «аль-Хади» – «Ведущий», стремясь обрести божественное руководство. Имена аль-Латиф – «Добрый, Нежный» или аль-Вадуд – «Любящий, Возлюбленный» повторялись, когда суфий стремился к близким отношениям с Богом. Имя аль-Хафиз – «Хранящий» – становилось объектом медитации, когда мистик искал защиты.

Исламская теология божественных имен содержит также понятие тысячи и одного имени Аллаха, что напоминает ведическую «Вишну-сахасра-наму», «Тысячу имен Вишну». Так, в хадисе от ибн-Аббаса передается следующая история: «В один день Пророк Божий сидел в мединской мечети; к нему пришел архангел Джабраил, сопровождаемый семидесятью тысячами ангелов, и сказал: „Всевышний Господь приветствует тебя и говорит: ‚Мир тебе!‘ Вместе с этим приветствием Он послал тебе подарок, какого не посылал ни одному пророку прежде тебя“. Мухаммед спросил: „Что это за подарок?“ – и Джабраил сказал: „Это тысяча и одно имя Бога Всевышнего“. Пророк сказал: „Разъясни мне достоинство и спасительные качества этих имен“. „Пророк Божий! – отвечал архангел. – Все достоинства и свойства сих имен вполне известны одному Господу; кроме Него никто их не знает. Если бы все реки сделались чернилами, все деревья – письменными тростями и все живые существа – писцами, и тогда не могли бы быть описаны все спасительные действия этих имен“» [149] .

Суфии утверждали, что формула медитации должна быть обязательно получена по цепочке духовных наставников, идущей от самого Мухаммеда, тогда она будет иметь полную духовную силу. Это напоминает принцип ученической преемственности в медитативных традициях Индии. Египетский суфий ибн-Ата Алла утверждал, что при медитации на божественные имена адепту необходима помощь духовного учителя – пира, который должен следить за учеником и давать ему наставления, иначе разум ученика при достижении определенных успехов может подвергнуться серьезной опасности. История суфизма показывает, что в тех случаях, когда суфии занимались практикой самостоятельно, без духовного руководства, в суфизме появлялись отклонения.

Сама – коллективное пение-прославление Аллаха, сопровождаемое экстатическими танцами, схоже с ведическим киртаном. Сама практиковалась во всем исламском мире и даже стала частью обязательного ритуала в суфийском ордене, основанном Руми, – маулавия. Его члены считали, что ночные радения, музыкальные молитвы помогают раскрыться любви к Богу. Рузбихан Бакли описал высшее духовное состояние как танец с Богом. Джалалуддин Руми утверждал, что «дом божественной любви построен из музыки, стихов и песен. Небесный Возлюбленный кружит вокруг этого дома, наигрывая на ребабе и распевая пьянящие мелодии». Знаменитый стих Руми гласит:

Громкий барабан и нежная флейта отвечают Аллаху-ху!Танец, пурпурная заря, радостно несется навстречу Аллаху-ху!Звук, торжественный в центре, о ты, струящийся свет!Души всех движущихся планет вращаются вокруг Аллаху-ху!Тот, кто знает кружение по лабиринту любви, всегда живет в Боге,Ибо смерть, как он знает, есть избыток любви Аллаху-ху! [150]

Турецкий суфийский поэт Асаф Халет Челби (умер в 1958 г.) в своей поэме описал духовный экстаз во время танца и воспевания славы Бога:

Деревья, облачась в свои танцевальные одежды,Молят о любви: «Мевлана!»Образ во мне —Это особый образ…Какое множество звезд падает в мой внутренний танец!Я кружусь, я кружусь!Также кружатся небеса,Розы расцветают на моем лице…Деревья в саду в солнечном сиянииСлов «Он создал Небо и Землю»,Змеи слушают песнь флейтыСреди деревьев, облаченных в танцевальные одежды.Дети лугов опьяненные…Сердце, они зовут тебя! [151]

Интересно, что в ведической традиции также описываются звуки флейты, на которой играет Кришна, завораживая сердца преданных.

ТЫСЯЧА ИМЕН БОГА

ВОСПЕВАНИЕ И ПАМЯТОВАНИЕ

МОГУЩЕСТВО ВОСПЕВАНИЯ

Духовная практика в Ведах и Исламе имеет следующие сходства:

на первом этапе духовной жизни (карма-канда, шариат) человек следует религиозным правилам: постится в определенные дни, регулярно повторяет молитвы, совершает жертвоприношения, отправляется в паломничество и т. д. Все эти методы необходимы для того, чтобы урегулировать жизнь и очистить тело и ум. Предписания на этом уровне представляют собой традиционную форму религии.

на втором этапе, если человек стремится к духовному росту, духовная практика усиливается, углубляется его отрешенность от всего материального. Особую роль здесь играет духовный наставник. С этого уровня начинается эзотерическая религия.

на следующем этапе, когда человек стремится к развитию любви к Богу, главное место в его духовной практике занимает медитация на имена Бога: индивидуальная (джапа, зикр) и коллективная (киртан, сама). Индивидуальная медитация предписывается как ежедневная практика, а коллективная проходит на собраниях (санга, сухбат). Коллективное прославление Бога считается и в Ведах, и в Исламе самым эффективным методом духовной практики.

Заключение

Любая религия содержит в себе теоретическую и практическую стороны. Теория – это священные писания и комментарии богословов и святых. Практика – это все те обряды, ритуалы, способы поклонения, которые должен совершать человек, для того чтобы воплотить эту теорию в жизнь и достичь цели религии. Практика позволяет получить личный духовный опыт и развить отношения с Богом и людьми на основе чистой любви. Все рассмотренные нами аспекты ведической и мусульманской религий останутся только абстрактной теорией, если не применить их на практике. Однако следование тому или иному пути поможет человеку развить лучшие качества характера и на собственном опыте постичь духовную реальность.

Главное качество, которое может развить человек, следуя религиозной практике, – это любовь. Любовь к Богу и ко всем живым существам – Его творениям. Чистое сердце, наполненное такой любовью, позволяет человеку войти в Царство Бога – царство безусловной любви. Таким образом, истинная цель религии – развить в человеческом сердце любовь, которая позволит ему стать достойным находиться в обществе Бога.

Фанатизм, религиозная нетерпимость, вера в правоту только одной религии, враждебность к иноверцам – все это признаки отсутствия такой любви. Если кто-то провозглашает истинность только одной религии и неприязненно относится к последователям другой – это признак духовной незрелости. Это означает, что духовный опыт человека еще настолько мал, что ему трудно освободиться от ограниченности и враждебности.

Великий суфийский поэт Джами заметил: «Наибольшая опасность, с которой сталкиваются ученики „великих“ учителей, состоит в том, что они склонны боготворить учителя, но не живут соответственно тем принципам, которые он провозглашает».

Это означает, что именно те ученики, которые плохо следуют наставлениям своего учителя, склонны превращать поклонение наставнику в культ личности. Почему это происходит?

Можно провести аналогию с больным. Когда человек не хочет взять на себя ответственность за свое выздоровление – пить лекарства, следовать диете, вести здоровый образ жизни, – он ищет врача-волшебника. Он надеется, что какой-то гениальный врач или экстрасенс мистическим образом излечит его от болезни и ему не придется следовать утомительному процессу работы над собой. Так безответственный пациент возлагает ответственность на врача и создает культ личности.

Подобным образом, когда человек не хочет следовать всем правилам религии и реально очищать свое сердце, он ищет более легкие пути. И одно из решений – возложить ответственность на основателя своей религии: «Мой учитель или пророк – самый лучший, моя религия – самая истинная! Поэтому, если я даже не следую ее наставлениям, я все равно буду спасен». Так возникает подмена понятий: человек смещает акцент со следования религии на создание культа ее исключительности.

Таким образом, фанатизм и религиозная нетерпимость обычно признак того, что вера человека слаба, практика нестабильна, а знания ограниченны. Духовная зрелость, наоборот, расширяет кругозор человека и позволяет увидеть всех, включая иноверцев, через призму любви.

Суфийская притча гласит: «Однажды к Пророку Ибрахиму постучал в дом человек и попросил милостыню. Узнав, что он язычник, Пророк прогнал его. И тогда он услышал с небес голос Всевышнего: „Ты отказал ему в еде, узнав, что он многобожник. А Я кормлю его уже семьдесят лет…“»

Достигнув духовной зрелости, человек начинает видеть, что все люди двигаются по одному духовному пути, но находятся на разных его ступенях.

Великий вайшнавский святой Бхактивинода Тхакур писал: «Когда вайшнав заходит в храм или мечеть, он думает: „Каким удивительным образом эти люди поклоняются моему дорогому Господу!“»

Жизнеописания святых в различных духовных традициях показывают, что они не испытывали враждебности к людям иных религий, осознавая, что каждый искренний верующий идет к Богу.

Данная книга написана с целью помочь увидеть общие моменты между двумя великими духовными традициями. Мы надеемся, что она внесет свой вклад в формирование религиозной толерантности в современном обществе.

Список использованных источников

1. Абдель Салам аль-Манси, Сумайя Афифи. Значение и смысл Корана (40:78). – М.: Сауримо, 2002.

2. Абу Хамид аль-Газали. Воскрешение наук о вере. Пер. с араб., исслед. и коммент. В.В. Наумкина. – М.: Наука, 1980. – 376 с.

3. Абу Хамид аль-Газали. После смерти. Пер. К. Кияз. – Б.: 2009. – 168 с.

4. Айтжанова А.К. Концепция человека в философии аль-Газали. Автореф. дис. канд. философ. наук. – Алматы, 2005. – 24 с.

5. Аль-Газали. Избавитель от заблуждения. Ответы на вопросы, предложенные ему. Из истории философии Средней Азии и Ирана. Под ред. С.Н. Григоряна. – М., 1960. – 330 с.

6. Аш-Шахрастани. Книга о религиях и сектах. Пер. с араб., введение и коммент. С.М. Прозорова. – М.: Наука, 1984. – 270 с.

7. Бегалинова К.К. Суфизм как феномен мусульманской духовности. Дис. д-ра философ. наук. – Алматы, 1999. – 278 с.

8. Бертельс Е.Э. Избранные труды. – М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1965. – Т. III. – 524 с.

9. Бертельс Е.Э. Суфии: собрание притч и афоризмов. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. – 640 с.

10. Шримад-Бхагаватам. Пер. и коммент. А.Ч. Бхактиведанты Свами. – М.: Бхактиведанта Бук Траст, 2009. – 624 с.

11. Бхагавад-гита как она есть. Пер. и коммент. А.Ч. Бхактиведанты Свами. – М.: Бхактиведанта Бук Траст, 2001. – 1049 с.

12. Бхактивинода Тхакур. Даша-мула-таттва: десять эзотерических истин Вед. Пер. с англ. В. Чикаловец. – 2-е изд. – М.: Философская Книга, 2010. – 192 с.

13. Bhakti Siddhanta Saraswati Goswami. (Trans.) Sri Brahma-Samhita. – Los Angeles: BBT, 1985.

14. Ведическая книга смерти. Гаруда Пурана Сародхара: древнеинд. трактат. Пер. с санскрита С.М. Неаполитанского. – М.: Амрита-Русь, 2006. – 160 с. 15. Гюлен Ф. Пророк Мухаммед: венец рода человеческого. Сокр. пер. с тур. – Алматы, 2008. – 666 с.

16. Законы Ману. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. – 496 с.

17. Зину Мухаммед ибн-Джамиль. Столпы ислама и веры. – М.: П.К. Сантлада, 1992. – 153 с.

18. Избранные произведения мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока IX–XIU вв. – М., 1961. – 629 с.

19. Керимов Г.М. Газали и суфизм. – Баку, 1969. – 245 с.

20. Керимов Г.М. Шариат: закон жизни мусульман. Ответы Шариата на проблемы современности. – СПб.: Диля, 2010. – 512 с.

21. Кирабаев Н.С. Идея совершенства человека в этике аль-Газали. Философия Зарубежного Востока о социальной сущности человека. Сб. науч. трудов. – М.: Изд-во УДН, 1986. – 157 с.

22. Nadarbeg К. Mirza. Reincarnation and Islam. – Madras, 1927. – 4–5 p.

23. Нурбахш Д. Женщины-суфии. Пер. А. Орлова. – Нью-Йорк: Ханака Ниматуллахи, 1983.

24. Кнапп С. Ведические предсказания. Пер с англ. – М.: Философская Книга, 2007. – 184 с.

25. Коран. Пер. с араб. акад. И.Ю. Крачковского. – М.: СПИКПА, 1990. – 511 с.

26. Курбанмамедов А. Эстетическая доктрина суфизма (Опыт критического анализа). – Душанбе: Дониш, 1987. – 108 с.

27. Массэ А. Ислам. Очерк истории. Пер. с фр. – 3-е изд. – М.: Наука, 1982. – 191 с.

28. M"ueller Max. Six Systems of Indian Philosophy; Samkhya and Yoga, Nyaya and Vaiseshika. – Calcutta: Susil Gupta (India) Ltd., 1899. – 567 р.

29. Nimbarka Sampradaya: Facts, Discussion Forum and Encyclopedia Article [Electronic resource]. – Mode of access: absoluteastronomy.com.

30. Organ Wilson Тroy. Hinduism. Woodbury. – New York: Barron’s Еducational Series, 1974. – 469 p.

31. Памятники письменности Востока: Чхандогьяупанишад. Пер. с санскрита, предисл. и коммент. А.Я. Сыркина. – М.: Наука, 1992. – 256 с.

32. Памятники письменности Востока: Упанишады. Пер. с санскрита, предисл. и коммент. А.Я. Сыркина. – М.: Наука, 1992. – 336 с.

33. Радхакришнан С. Индийская философия. Пер. с англ. – СПб.: ТОО «Стикс», 1994. – Т. II. – 734 с.

34. Rasamandala das. Islam and the Vedas. – Blue lotus, 2010. – 178 р.

35. Роузен Стивен. Вегетарианство в мировых религиях. – М.: Философская Книга, 2008. – 234 с.

36. Руми Джалалуддин. Поэма о скрытом смысле: избранные притчи. Перевод Наума Гребнева. – М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1986. – 272 с.

37. Саблуков Г.С. О именах Божиих в исламском вероучении. – Казань, 1872. – 102 с.

38. Сатсварупа даса Госвами. Очерки ведической литературы. – М.: Бхактиведанта Бук Траст, 1989. – 98 с. 39. Сейтахметова Н.Л. Человек в мусульманской культуре средневековья. Дис. д-ра философ. наук. – Алматы, 2000. – 270 с.

40. Corbin H. Histori of Islamic philosophy. – London: Tr.L. Sherrard, 1993. – 14 p.

41. Суфии: собрание притч и афоризмов. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. – 640 с.

42. Суфийская мудрость. Сост. В. Лавский. – М.: ЧП «Лотаць», 1998. – 398 с.

43. Тауфик Ибрагим. Война согласно Корану. – Минарет, 2005. – № 2.

44. Тримингэм Дж. С. Суфийские ордены в исламе. – М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1989. – 328 с.

45. Фильштинский И.М. История арабской литературы Х-ХUІІІ вв. – М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1960. – 320 с.

46. Хисматулин А. Классическое суфийское сочинение «Кимийа-и саадат» (Эликсир счастья) Абу Хамид аль-Газали ат-Туси (1058–1111). – СПб.: Петербургское Востоковедение, 2001. – 224 с.

47. Шах И. Суфизм. – М.: Клышников, Комаров и К, 1994. – 446 с.

48. Шиммель Аннемари. Мир исламского мистицизма. Пер. с англ. Н.И. Пригариной, А.С. Раппопорт. – М.: Алетейа, Энгима, 1999. – 414 с.

49. Энциклопедия суфизма. Пер. с араб. Мухаммад, Юсуф Хаттар. – М.: Ансар, 2005. – 480 с.

50. Яссави Ходжа Ахмед. Хикметы. Пер. Н.Ж. Сагандыковой. – Алматы: Дайк-Пресс, 2004. – 208 с.

 

Дата: 2018-09-13, просмотров: 139.